Корпорацию не нагнешь

Я заключаю контракты, лежа в палатке; правлю договоры, сидя под деревьями на краю лавандовых полей; отстаиваю наши условия, стоя на какой-нибудь вершине с умопомрачительным видом.

Почти каждый год я проезжаю больше десяти стран. Отправляюсь в путь обычно без обратного билета и четкого маршрута. Я не путешествую, я живу в поездках – и работаю, конечно, тоже.

Другими словами, продюсер – этакий усилитель вкуса. Несъедобное он помогает переварить, а прекрасное ощутить со всей полнотой.

Большую дистанцию ни один спортсмен не сможет преодолеть без дополнительного питания, мышцы оголодают и остановятся. В писательском марафоне роль пит-стопов исполняет продюсер, заряжая автора драйвом для продолжения.

Одному тяжело переживать не только неудачи, но и победы. Одному непросто собраться с силами для борьбы.

Поэтому личный продюсер – это не просто деловой партнер, а идеальный сопереживатель.

Продюсер – не роскошь, а удобное средство для пополнения писательского кошелька. Без него автор, конечно, не будет писать хуже, но меньше – точно. Потому что ему придется расходовать время и эмоции на решение нетворческих вопросов.

Погуглив вопрос, я открыла, что не деинственная, кто столкнулся с проблемой подмены фактов и явной тенденциозности некоторых вики-статей. Некоторые известные деятели или компании жаловались в пабликах на откровенный шантаж вики-патруля. Работало это просто и эффективно.

И вот читает Иванов книгу и время от времен восклицает: "Где-то я это уже писал!"

У зависти есть и положительная сторона. Если ее обуздать и направить в нужное русло. она станет двигателем, толчком к развитию. Но это стратегия сильных, которых, как мы знаем, единицы.

Писатели привыкли действовать по старинке. Им кажется, что их задача – попасть в крутое издательство и успокоиться до конца жизни. Конечно, это комфортно. ... Стабильная система, без рисков и поражений, но и без особенных взлетов – все предсказуемо. Живешь в ритме средней температуры.

В основе моей системы сейчас пять издательств, три электронные платформы и семь кинокомпаний.

К счастью, судьба любит смелых, и она все решила за нас.

Для меня это  [ возвращение в "Эксмо-АСТ"  ]  казалось равносильным отказу от роста, признанию того, что на все времена в стране есть только одно большое издательство, которому по плечу Иванов. И нам остается только смириться  и навсегда остановиться на достигнутом. Конечно, и это неплохой вариант, который финансово обеспечит нас до конца жизни. Но нас пугала эта определенность, мы хотели движения. Нужно было только придумать – куда.

Мы стали молча, подавленные, я изо всех сил пыталась держать лицо. "голубой огонек" повторился. Кажется, все в этот момент кинулись не к счастливым обладателям куриц, а к Иванову.  Нас окружили издатели, журналисты. У всех на лицах недоумение.

Журналисты удивленно констатировали: "Премии почему-то не любят Иванова". Но у нас был ответ на их "почему-то". Потому что премии – это тусовка, и она Иванова не переваривает.

Премии в эту модель не вписывались. Их, как правило, распределяли среди своих. А Иванов был своим только среди читателей.

Алексей десять лет не участвовал в премиях, категорически запрещал издательствам номинировать свои книги. На недоумения журналистов по этому поводу всего отвечал: "Чтобы побеждать, нужно соответствовать трем условиям: быть в тусовке, или быть лояльным к тусовке, или быть фигурой компромисса". По всем трем позициям Иванов пролетал.

... Станкевич сделал нашу игру. Мы выиграли дело, проиграв суд. Бестселлер "Ёбург" был продан рекордными тиражами и вот уже десять лет допечатывается вопреки приговору того самого чиновника от писателей господина Касимова.

Скандальная книга стала самой ожидаемой, и вскоре после выхода издательство спешно допечтало тиражи. так что спасибо хейтерам за бесценную помощь в рекламной кампании.

Мы с Ивановым поняли, что местных культурных активистов раздражает сам факт появления книги, которую они еще не успели прочесть. ... Эту книгу должны были написать они, а не Алексей. Именно в этом причина их злобного хейта. Убеждать, доказывать, предъявлять пронзительные новеллы, в которых только восхищение и любовь, в этой ситуации было бесполезно. И я решила просто использовать наших скандальных зоилов для раскрутки произведения.