Цитаты из книги Великий Гэтсби

Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер.

Я очнулась после наркоза, чувствуя себя всеми брошенной и забытой, и сразу же спросила акушерку: "Мальчик или девочка?" И когда услышала, что девочка, отвернулась и заплакала. А потом говорю: "Ну и пусть. Очень рада, что девочка. Дай только бог, чтобы она выросла дурой, потому что в нашей жизни для женщины самое лучшее быть хорошенькой дурочкой".

Ведь все напускное чему-то служит прикрытием, и рано или поздно истина узнается.

Нет смятения более опустошительного, чем смятение неглубокой души.

Никакие расовые или духовные различия между людьми не могут сравниться с той разницей, которая существует между больным человеком и здоровым.

Всегда очень тягостно новыми глазами увидеть то, с чем успел так или иначе сжиться.

Американцы легко, даже охотно, соглашаются быть рабами, но упорно никогда не желали признать себя крестьянами.

Они ломали вещи и людей, а потом убегали и прятались за свои деньги, свою всепоглощающую беспечность или еще что-то, на чем держался их союз, предоставляя другим убирать за ними.

Каждый человек склонен подозревать за собой хотя бы одну фундаментальную добродетель.

Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер. Мертвому это все ни к чему.

Я не знаю смятения более разрушительного, чем смятение неглубокого ума

Ничтожество на ничтожестве, вот они кто. Вы один стоите их всех, вместе взятых.

Чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

Солнце с каждым днем пригревало сильней, почки распускались прямо на глазах, как в кино при замедленной съемке, и во мне уже крепла знакомая, приходившая каждое лето уверенность, что жизнь начинается сызнова.

Если когда-нибудь тебе захочется кого-то критиковать, — сказал он, — вспомни, что далеко не все люди в мире обладают теми преимуществами, которые дарованы тебе.

В колледже у меня обнаружились литературные склонности — я как-то написал серию весьма глубокомысленных и убедительных передовиц для «Йельского вестника», — и теперь я намерен был снова взяться за перо и снова стать самым узким из всех узких специалистов — так называемым человеком широкого кругозора. Это не парадокс парадокса ради; ведь, в конце концов, жизнь видишь лучше всего, когда наблюдаешь ее из единственного окна.

Она говорила, а офицер смотрел на нее особенным взглядом - всякая девушка мечтает, что когда-нибудь на нее будут так смотреть.

— Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер, — заметил он. — Мёртвому это всё ни к чему — лично я так считаю.

Сдержанность в суждениях — залог неиссякаемой надежды. Я до сих пор опасаюсь упустить что то, если позабуду, что чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.