Сахар

И что в ней было такого? Может, в ней и не было ничего. Ну и пусть, зато она давала возможность вообразить в ней все это. И на том спасибо. Она давала себя придумать, и мы ее придумывали — те, кого она бросала.

— Но мне кажется, в Священном Писании сказано, что бог есть добро.
— Бог есть любовь. А любовь — не всегда добро.

У каждого безумца бывает минута, когда его пронзает осознание своего безумия, ясное и холодное, как кусок льда в стакане рома. Он размышляет, что же с этим делать, и ищет пути отступления и сдачи на милость здравомыслящих.

Бог, дающий суетливым человечкам варианты, сам выбора не имеет. В каталоге бога, где все было, и будет, и пребудет вечно, где все навсегда выбрано, в этом спрессованном Невремени и Непространстве сама идея выбора невозможна, бессмысленна, как и идея смысла. Выбирать может человек на своей единственной странице, потому что не знает других страниц. Выбор возможен, только если твое время конечно.

Спрашивать у одного бога про другого — это все равно, что обсуждать любовницу с женой.