Цитаты из книги Мой тайный друг

Ты ведь способный, Котов. Но отчаянно хочешь только разрушать, как ребенок, которого оставили одного в песочнице. Про которого забыли. Но он все ждет, что его позовут домой. И тогда он начинает громко плакать, ломать построенные башенки и кидаться песком в прохожих. Ему хочется, чтобы его заметили, чтобы про него помнили.

– Ты всегда можешь перестать.

– Волноваться о тебе?

– Дружить. От меня одни проблемы.

– Я тебя сейчас сама ударю, Котов. Честное слово, иногда ты просто невыносим.

– А я о чем?

– Господи!

– Мне до него пока далеко. Думаю, я ближе к дьяволу.

– Ты будешь ближе к моему подзатыльнику, если не прекратишь нести чушь.

– Ну ничего себе! Я-то думал, ты черствый и грубый, а ты, оказывается, так смотреть можешь, что все замирает. Будто она весь твой мир.

– Пусть будет шторм. Холод мне по душе.

– Это что, из «Холодного сердца»?

– А ты не боишься, что тебя…

– Узнают? Я скорее выгляжу как неудавшийся косплей на Кота Нуара, чем танцор FIRE.

Ей бы точно пошли его футболки. Он бы засыпал с ними, вдыхая ее запах. Проблема с бессонницей точно была бы решена.

Как же сложно притворяться, что ты не ладишь с человеком, с которым каждую секунду хочется быть рядом.

На кону репутация моей семьи. Я не принадлежу себе, ты же знаешь.

Репутация семьи – самое главное для нее. Она не переступит черту. Маленькая неприступная принцесса.

– Мое королевское достоинство сейчас тебе двинет, Котик. Убери руки от майки. По-хорошему прошу.

Маленькая, но гордая принцесса, не дотягивающая до статуса «хорошей дочери» для своей матери.

– Принцессы вольны сами писать королевские указания и выбирать себе… союзников.

– Тогда ты явно ошиблась с выбором, мелочь.

Вот так предлагай дружбу мальчишкам. Они потом до конца жизни будут видеть в тебе «свою» и принимать за сестренку. И вести себя как угодно, но только не по-джентльменски. Потому что со «своими» так можно. Шутить, поддразнивать, красть гель для душа, ходить в одну ванную и валяться на полу в обнимку, чувствуя при этом только крепкую дружескую связь.

— Котов, ты забыл, что мне не интересен как парень? — Волгина, ты так часто это повторяешь, что я начинаю сомневаться. Пытаешься себя в этом убедить? Прислать тебе фото пресса, чтобы ты быстрее поверила, как я тебе не нравлюсь?

Ее сердце не игольница, чтобы его все время вот так кромсать.

– Ась, ты кое-чем тычешь мне прямо в глаза.

Было бы чем, Котов.

– У меня нулевой размер, не жалуйся и не мешай мне бороться с твоими волосами.

– Я бы так не сказал, там... – Он шумно выдохнул ей в ключицу. – Явно рост в перспективе.

Перед глазами на мгновение вспыхнул образ дерзкого и наглого танцора, картинка наслоилась, фоновый экран памяти пошел рябым шумом.

Вот они, сломленные дети из маленького городка, у которых никогда не будет другой жизни. И даже если скрыться за маской, внутренности все так же будет стягивать леской, а сердце - болезненно биться при взгляде на то, что недоступно по праву рождения.

Это ведь нормально – хотеть хоть немного родительской любви?

– Тебя опасно подпускать к женскому населению планеты, Котов.– Очень смешно, но это я тут жертва, Волгина, – прошептал Дима, смерив Асю, едва сдерживающуюся от смеха, возмущенным взглядом.

Тогда в их детских умах все было просто, желание могло стать осязаемым, стоило только прокричать о нем в волшебном месте. Тебя обязательно услышат.