Цитаты из книги הארי פוטר והאסיר מאזקבאן

Навіщо тоді питати, якщо відповідь вас не цікавить?

Добрячий прочухан допомагає в дев'яносто дев'яти випадках зі ста.

Гриффиндорцы лицом к лицу встретили опасность.

— Я только что спас наши жизни, — ответил Гарри. — Иди сюда за этот куст… Я всё тебе объясню.

Гермиона слушала, и у неё в который раз открылся от изумления рот.

Гадаєш, що мертві, яких ми любили, покидають нас назавжди? Хіба ми не оживлюємо їх подумки, коли потрапляємо в біду?

— Прости, Хагрид, это мы должны были помочь... — начал смущенно оправдываться Гарри. — Тебя никто не винит! — прервал его Хагрид. — И тебе было нелегко. Я ведь все вижу. Ты тренировался день и ночь. Но скажу честно: для вас крыса и метла дороже друга. Вот и все.

-Зачем мне искать того, кто хочет меня убить, - буркнул Гарри.

У дурной суки — дурные щенки!

Наслідки наших дій завжди такі неоднозначні, такі заплутані, що передбачити майбутнє й справді дуже важко...

— Пане професоре... вчора, коли я здавав віщування, професорка Трелоні стала якась... дуже дивна. — Справді? — перепитав Дамблдор. — М-м-м... Тобто ще дивніша ніж завжди?

Видиш... люди іноді так подурному прив'язуються до своїх звірєток!..

— Е-е... може, зварити чаю? — запитав Рон. Гаррі витріщив очі. — Так завжди робить моя мама, коли комусь погано, — знизав плечима Рон.

Проснулся Гарри очень рано, ещё не светало. Он подумал, что его разбудил вой ветра. Но тут ощутил затылком холодное дуновение и резким движением сел. Рядом с ним висел полтергейст Пивз и изо всех сил дул ему в ухо.
— Ты что, спятил?!

Двенадцать лет ждал! В Азкабане!

- Выходит, больше всего на свете ты боишься страха.

Славная вышла шалость!

За завтраком Вуд требовал от всех игроков поесть как можно плотнее, хотя сам так и не притронулся к еде.

Профессор Трелони вскинула на Гермиону огромные глаза — К своему прискорбию, должна сказать, милочка, что с той минуты, как вы появились в классе, мне было абсолютно ясно, что в вас нет того, что необходимо для благородного искусства ясновидения. У меня до вас никогда не было ученика, в котором до такой степени отсутствует духовность.

На лице Гермионы было написано такое превосходство, что Рон буквально взбесился.