После Снежки

Темнота внутри была еще более плотной, чем обычно в пещерах, но гномы бесстрашно шагнули вперед.

Представьте место, которое служит кладовкой для какого-нибудь великана-плотника. В пещере находились десятки всевозможных дверей, окон и даже зеркал. И все они источали едва уловимый свет.

Мы вошли в просторный зал. Темнота опять оскалилась и накинулась на нас, словно поглотив. Тут же все звуки будто стали приглушеннее, а наши шаги — быстрее.

— Может, кто-то что-то и знает, — Марик посмотрел на меня через костер. — Но отличить правду от вымысла уже никто и не сможет.

— Ничего страшного, — он похлопал меня по плечу. — Иногда нужно вскрывать старые раны, чтобы не забывать о них. Я взял себе арбалет брата, который он почему-то не взял в поездку.

Орэт выбрал себе молот после того как получил им по голове в ещё далёком детстве. История могла бы быть смешной и породить кучу шуток, если бы не то, что этим же молотом работорговцы забили насмерть его мать, а после забрали маленького Орэта в рабство. Как он оттуда сбежал — он никому не рассказывал. Ортан говорил, что у каждого есть право на свои тайны, и в этом я была с ним полностью согласна.

— Суть этой истории в том, — послышалось за нашими спинами. — Что не все легенды нужно помнить. О некоторых лучше забыть навсегда.

— Все силы? — спросил Маркус. — А что ты будешь делать, если захочется зачаровывать сложные артефакты?
— Вот и посмотрим, — я улыбнулась и отпила из кружки.
— А ты точно ученая? Методы у тебя отвратительные.

"Чтобы не исчерпать свой резерв, каждый артефактор должен найти свой собственный источник силы. Если такого нет, забыть придётся о зачарованных камнях, потому что артефакторы без резерва — все равно что песок, гонимый ветром..."

Но Ортан обещал. Значит, повода для паники нет и нужно просто подождать. Иногда это единственное, что нам остаётся и относится к этому нужно не как к пытке, а как к возможности потратить время на что-нибудь важное.