Կապույտ գնացքի առեղծվածը

– Ох уж мне этот темперамент, – произнес мистер Ааронс и повторил еще раз: – Темперамент! Это сами они так говорят. Моя супружница была танцовщицей до того, как вышла за меня замуж, но, благодарение богу, у нее никакого темперамента никогда не было. Дома темперамент никому не нужен, месье Пуаро.
– Согласен с вами, друг мой. Дома ему совсем не место.
– Женщина должна быть спокойной, доброжелательной и уметь хорошо готовить, – заметил мистер Ааронс.

Жизнь подобна поезду, мадемуазель. Она вечна. И хорошо, что это так.

Но я хороший детектив. Я подозреваю. Я подозреваю всех и вся. Я не верю ничему из того, что мне рассказывают.

- Не думаю, чтобы я мог быть вам полезен чем-нибудь ещё, - произнес он, отвешивая легкий поклон в сторону месье Карре. - Надеюсь, вы будете информировать меня о ходе расследования. С вашей стороны это было бы огромной любезностью.

• Ну, разумеется.

... но мадемуазель Катарина в течение почти всей своей жизни вынуждена была только слушать. А тем, кто привык только слушать, не так-то просто говорить. Они держат в себе и радость, и печаль, и никому ни о чем не говорят.

Удивление и сожалени были сыграны прекрасно, так прекрасно, что выглыдели совершенно естественными.

Есть вещь, которую не в силах сделать ни один мужчина, - зпставить женщину послушаться.

Как мало мы можем сделать для тех, кого любим.

- Я не пророк, - уверенно ответил ее собеседник. - Правда, я имею привычку никогда не ошибаться.

Безнадежность положения диктовала безнадежность выбора.

Отчаянные ситуации требуют отчаянных мер.

Поезда - вещь безжалостная <...> Людей убивают, они умирают, а поезда все равно продолжают свое движение...

Ночь - весьма интересное время.

Я была не права насчет этого молодого человека. Когда мужчина хочет заморочить женщине голову, он старается быть сердечным и галантным, то и дело говорит комплименты. Если же мужчина действительно влюблен, он выглядит как баран. Этот молодой человек, когда он смотрел на вас, выглядел форменным бараном. Я беру назад все, что я наговорила утром. Это настоящее.

Как все хладнокровные люди, теряющие контроль над собой, она потеряла его полностью.

Понимаете, если не умеешь догадываться, не стоит становиться детективом.

But Mademoiselle Katherine has spent a great deal of her life listening, and those who have listened do not find it easy to talk; they keep their sorrows and joys to themselves and tell no one.

Алиби — опасная вещь, оно всегда вызывает подозрения.

"Физическая несвобода создает простор для размышлений. Думать ведь не возбраняется".