Цитаты из книги The Socratic Method

Гораздо больше риска в приобретении знаний, чем в покупке съестного. Съестное и напитки, купив у продавца, ты можешь унести в сосудах, ... их можно хранить дома и посоветоваться со знающим человеком, что следует есть или пить и чего не следует... Знания же нельзя унести в сосуде, а поневоле придется, уплатив цену, принять их в собственную душу, и, научившись чему-нибудь, уйти либо с ущербом для себя, либо с пользой

Хорошие аргументы и популярные аргументы - совершенно разные вещи

В ходе естественного развития человеческого разума вера вовсе не следует за доказательствами, но возникает отдельно и независимо от них; незрелый ум сначала верит и только потом доказывает, а то и вовсе отказывается от поиска доказательств

Вот за то, что мы, когда стремимся искать неведомое нам, становимся лучше и мужественнее, и деятельнее тех, кто полагает, будто неизвестное нельзя найти и незачем искать, - за это я готов воевать, насколько это в моих силах, и словом, и делом

Ощущение собственного невежества - осознание того, что вы знали меньше, чем вам казалось, - неприятно, по крайней мере поначалу. Оно переживается как урон, наносимый эго, прежде непоколебимо убежденному в своей мудрости

Люди не испытывают тревоги, когда им задают вопрос, ответ на который им известен. Не ощущают они ее и тогда, когда знают, что у них нет ответа. Беспокойство возникает лишь в том случае, если они думают, что им что-то известно, а потом вдруг понимают, что это вовсе не так

Если вам показывают, что вы допустили ошибку или неточность, примите это как услугу. Удовлетворение, испытываемое от признания собственной ошибки, — признак душевного здоровья.

Ведь если учредитель обманулся в самом начале, то и остальное он поневоле делал уж так же, насильно согласовывая дальнейшее с первым. В этом нет ничего странного, так же ведь и в чертежах: иногда после первой небольшой и незаметной ошибки все остальное уже вынужденно следует за ней и с ней согласуется.

Непрерывный поток вопросов может наполнить стакан или даже выдолбить каньон...

Трудно осознать ценность идеи, которой у вас нет, то есть увидеть ее, взглянув вперед или вверх. Гораздо легче осознать ценность знания, которое у вас уже есть, а у других пока отсутствует

То, чего более всего не хватает в заблуждениях, - это всегда то, о чем менее всего подозревают... Трудно мотивировать себя отправиться на поиски чего-то такого, о чем вы никогда и представления не имели и, соответсвенно, чего даже желать не могли

«Кто хочет — ищет способ, кто не хочет — ищет причину»

А между тем, как мне представляется, милейший ты мой, пусть лучше лира у меня скверно настроена и звучит не в лад, пусть нестройно поет хор, который я снаряжу, пусть большинство людей со мной не соглашается и спорит, лишь бы только не вступить в разногласие и в спор с одним человеком — с собою самим.

В сократическом вопрошании, как правило, избегают аргументов, которые требуется подтвердить сторонними фактами. Его суть в том, чтобы опровергнуть заявленный тезис, опираясь исключительно на собственные убеждения собеседника. Зачастую это оправданно; оспаривать убеждения людей, предъявляя им те или иные факты, - как ни странно, неэффективный способ менять их образ мысли

Уходя оттуда, я рассуждал сам с собою, что этого-то человека я мудрее, потому что мы с ним, пожалуй, оба ничего в совершенстве не знаем, но он, не зная, думает, что что-то знает, а я коли уж не знаю, то и не думаю, что знаю.

«Адвокатом дьявола» в католической церкви называли человека, чья работа заключалась в том, чтобы изыскивать недостатки у претендентов на причисление к лику святых.

И мы еще говорим: «Господи боже, как бы мне не беспокоиться?» Глупец, разве нет у тебя рук? Разве не сделал их тебе бог? Сиди теперь и молись, чтобы у тебя не текли сопли! Ты лучше высморкнись и не вини.

Вот то, чего собеседники добиваются друг для друга в сократическом диалоге. Они благожелательные и утонченные спорщики. Но тем не менее на практике подобная рецептура может показаться действенным руководством к тому, как сделаться объектом ненависти или вообще лишиться жизни. Именно так все и обернулось, кстати, для самого Сократа.