Chłopi

Есть такие люди, что, потехи ради, с другого шкуру сдерут.

Ох, уж эти мне бабы: только реветь горазды, а когда надо дело делать, блеют, как овцы!

Помещик - что волк, если одну овцу отведает,- так непременно все стадо перетаскает.

Клу, клу, клу.
Твоя мать в аду.
Что она делает?
Бесам клецки варит.
А за что ее туда?
Своих деток извела.

На первое был свекольный борщ с грибами и целыми картофелинами, затем сельди, обвалянные в муке и поджаренные на конопляном масле, пшенные клецки с маком, за клецками — капуста с грибами, политая постным маслом, а напоследок Ягуся подала настоящее лакомство — лепешки из гречневой муки с медом, жаренные в маковом масле.

На чужой каравай рта не разевай!

Землю продавать не спеши! От нее иной уезжает на рысаках, а возвращается ползком, на четвереньках.

Эй, бабы, придержите языки! И ветер иной раз подслушать может и разнести, куда не следует!

Жди у моря погоды! Пойдем, бабы, не скулите понапрасну! Если бы вы нужды не знали, вам бы ксендз помог! Для хозяев богатых все найдется, а беднота грызи камни да слезами запивай! Овчар почему о баранах заботится? Потому что он их стрижет. А с нас что возьмешь — вши разве! — кричала Козлова так громко, что ксендз даже уши заткнул и поскорее ушел.

Когда душе пора уйти из мира, ничем ее не удержишь, даже слезами… а если бы не это, иные веками оставались бы жить на земле.

Кто пьян напьется, тот и сам, без цыган, свиньей обернется.

"Господь знал, что делал, когда сотворил свинью!" - сказал она наевшись.

Борына:

— За справедливость всякий стоит, когда она ему надобна, а мне в ней надобности нет, потому что я тебе ничего не должен…

Ягна:

Она улыбалась и была так хороша, такой молодостью и здоровьем веяло от неё, что люди смотрели на неё и спрашивали друг у друга:
— Пани какая-нибудь переодетая, что ли!

А девушек приголубить так умеет, что и девяти месяцев ждать не приходится.

Ты холи и береги,
А потом доплатишь малость,
Только б дома не осталась!

"Все должно идти своим чередом... Надо пахать, чтобы сеять, надо сеять, чтобы жать, а все что мешает, вырывать, как вредную, сорную траву", - говорил в нем какой-то строгий, извечный голос, - может быть, голос самой земли.