Цитаты из книги Les Misérables

"...Человек - это не не круг с одним центром, это эллипс с двумя средоточениями. События-одно из них, идеи - другое..."

《Pigritia》 (лень) - страшное слово.
Оно породило целый мир - 《la pègre》, читайте 《воровство》, и целый ад - 《la pègrenne》, читайте 《голод》.
Таким образом, лень - это мать.
У нее сын - воровство и дочь - голод.

"...В природе нет ничего незначительного; кто наделён даром глубокого проникновения в неё, тот знает это. И хотя полное удовлетворение не дано философии, как не дано ей точно определять причины и указывать границы следствий, всё же созерцатель приходит в бесконечный восторг при виде всего этого расчленение сил, оканчивающегося единством. Всё работает для всего..."

"...Порой человеком, погрузившимся в мечты, овладевает внезапное оцепенение - для этого довольно какого-нибудь одного слова. Мысль сразу сосредоточивается на одном образе и  неспособна ни к какому другому восприятию..."

"...Бедность в дни юности, если искус её проходит благополучно, хороша тем, что направляет нашу волю к действию, а душу - к высоким целям. Бедность обладает материальную изнанку жизни во всей её неприглядности и внушает у ней отвращение; следствием этого явления неодолимая тяга к жизни духовной..."

"...Ничто так не было не благоприятствуют возникновению мечты, как догма, и ничто так не способствует рождению будущего, как мечта. Сегодняшняя утопия завтра облечься в плоть и кровь..."

Хоч би як старанно обтісували ми таємничу брилу, яку називаємо своїм життям, чорний прожилок долі проступить на ній завжди.

Розпач - безодня, в якій людина може залишитися протягом вічності.

Мовчати вдвох - це ще солодша втіха, ніж розмовляти.

Коли заплющуєш очі - легше заглянути в душу.

Хворого годує гарячка, а закоханого любов.

Як страшно бути щасливим! Як часто, досягши цієї облудної життєвої мети, людина забуває про мету істинну - про обов’язок!

Ему казалось, что он видит колибри среди жаб.

Если бы зерно проса, попавшее между мельничными жерновами, могло думать, у него, наверно, были бы те же мысли, что и у Жана Вальжана.

"...От темноты кружится голова. Человеку необходим свет. Кто углубляется в мрак, тот чувствует, как у него замирает сердце. Когда перед глазами тьма, затемняется и сознание. В ночи, в непроницаемой мгле даже для самого мужественного человека таится что-то жуткое. Никто ночью не проходит один по лесу без страха. Тени и деревья - два опасных сгустка темноты. В неясной глубине возникает призрачная действительность. Непостижимое намечается в нескольких шагах от вас с отчетливостью привидения..."

"...Зрелище величайшей силы, пришедшей в состояние величайшей слабости, всегда заставляет людей задуматься..."

Беззвездной, непроницаемо темной была ночь. Наверное, рядом, во мраке, стоял ангел с широко распростертыми крыльями, готовый принять отлетевшую душу.

Снег перестал; луна, выходя из тумана, становилась все ярче, и ее сияние, сливаясь с серебряным отблеском снега, наполняло комнату сумеречной мглой.

Силы его так же неистощимы, как неистощимы дуновения воздуха, посылаемые бесконечностью; оно собирает ветер в свои паруса, оно не теряется среди необъятной водной равнины, оно плывет, оно царит.

Ночь была ясная. Ни облачка в вышине. Внизу лежала обагренная кровью земля, а луна все так же отливала серебром. В этом проявлялось безучастие неба. Ветви деревьев, подбитые картечью, но удерживаемые зацепившейся корой от падения, покачивались на ночном ветру. Легкое дуновение, почти дыхание, шевелило густой кустарник. По траве пробегала зыбь, словно последнее содрогание отлетающих душ.