Jądro ciemności

Дикая природа погладила его по головке – и надо же, головка заблестела, как шар из слоновой кости…

Эти обреченные были свободны как воздух – и почти столь же прозрачны.

Она созрела для верности, страдания и веры

и вот протянулась между нами тонкая нить, которую я заметил лишь тогда, когда она внезапно оборвалась

Может, никто об этом не узнает, но вам этого не забыть. Удар в самое сердце. Вы о нем думаете, он вам снится, вы вспоминаете, просыпаясь ночью, много лет спустя, — и вас бросает то в жар, то в холод.

"Місяцями, роками його життя висіло на волосині, проте він жив - галантний та шалений і, очевидно, безсмертний: завдяки своїй молодості і бездумній сміливості."

Знаком ли вам истинный голод, его безмолвная угрюмая ярость, рождаемые им невыносимые муки, черные мысли? Что ж, мне он знаком. Вся врожденная сила уходит у человека на борьбу с таким голодом

Кроме того, я хотел поскорее занять место у штурвала, так как парень в розовой пижаме оказался безнадежным идиотом.

во всякой лжи есть привкус смерти, запах гниения

Завоевание земли - большей частью оно сводится к тому, чтобы отнять землю у людей, которые имеют другой цвет кожи или носы более плоские, чем у нас, - цель не очень-то хорошая, если поближе к ней присмотреться. Искупает ее только идея, идея, на которую она опирается, - не сентиментальное притворство, но идея. И бескорыстная вера в идею - нечто такое, перед чем вы можете преклоняться и приносить жертвы.

Доктор был небритым маленьким человечком в поношенном сюртуке, похожем на длиннополый кафтан; на ногах у него были туфли, и он произвел на меня впечатление безобидного идиота.

Во всякой лжи есть привкус смерти, запах гниения - как раз то, что я ненавижу в мире, о чем хотел бы позабыть.

Лес расступался перед нами и смыкался за нашими спинами, словно деревья лениво вступали в воду, чтобы преградить нам путь назад. Все глубже и глубже проникали мы в сердце тьмы.

С этим человеком не разговаривают — его слушают!

I had made up my mind that if my late helmsman was to be eaten, the fishes alone should have him. He had been a very second-rate helmsman while alive, but now he was dead he might have become a first-class temptation, and possibly cause some startling trouble.

...быть может, вся мудрость, вся правда, вся искренность сжаты в этом одном неуловимом моменте, когда мы переступаем порог смерти.

Чи доводилося вам терпіти муки тривалого голоду, оті нестерпні тортури, чи знаєте ви його чорні думки і його похмуру жорстокість? Я знаю. Людина мусить задіяти всі свої вроджені сили, аби достойно протистояти голоду. Направду, легше пережити важку втрату, безчестя й загибель власної душі, ніж тривалий голод. Сумно, але це так.

Жоден страх не встоїть перед голодом, не витримає голоду жодне терпіння, а відрази просто не існує, якщо приходить голод; щодо марновірства, всіляких вірувань і всього того, що ви називаєте принципами, то вони - навіть менші за висівки, підхоплені вітром.

Одного разу, коли різноманітні тропічні хвороби вклали в ліжко майже всіх агентів факторії, він заявив: «Люди, що сюди приїжджають, не повинні мати жодних нутрощів». Він приклав до сказаної фрази свою посмішку, буцімто прочинив двері в царину пітьми, на сторожі якої він стояв.