Цитаты из книги Псы Господа

Рассветало. Поезд в райцентре Плюсса стоял семь минут. Александр спрыгнул на перрон вслед за Ириной. Она улыбалась, он казался хмурым и не выспавшимся. — Ты позвонишь? — спросила девушка. — Обязательно. Даже не сомневайся, — соврал Светлов, делая вид, что записывает в блокнот цифры телефонного номера. Ну её к чертям — помешанную на анальном сексе мазохистку, перегруженную кучей комплексов… — Может, лучше я тебе звякну? — предложила Ира. — Не стоит, меня трудно застать на месте. — Работа? — По большей части. Они болтали о пустяках, маскируя возникшую неловкость.

Ира не была девственницей и даже не чуралась анального секса — но сейчас показалось, что сзади в неё вошёл напильник — жёсткий, грубый, вспарывающий плоть… И добела раскалённый. Она закричала снова. А чуть позже произошло странное… Боль никуда не исчезла, стала сильнее, — но одновременно с ней Ирина начала чувствовать возбуждение. Да что там говорить — просто-напросто удовольствие. Извращённое удовольствие — густо замешанное на боли, страхе, отвращении и ненависти… Она уже не кричала — негромко вскрикивала в такт толчкам мужчины. Похоже, он понял, что с ней происходит. Прохрипел

«Наручники на труп?» – удивился Александр. Но оперативник предпочитал перебдеть, чем недобдеть – вставил в пистолет новую обойму и стоял рядом, держа на прицеле голову убитого. Они перевернули обмякшее тело на живот, завели руки за спину – словно работали с манекеном на тренировке. Но манекен никогда не пачкал тренировавшихся кровью, и не демонстрировал мозговое вещество в разнесенной пулями голове… Серебристые браслеты щелкнули, а затем Светлов услышал дыхание якобы трупа – тяжелое, с хрипом, с присвистом, с побулькиванием – воздух проходил через пулевые отверстия на груди и спине. И было тех отверстий много, слишком много…

Была экскурсия. Можно сказать – ознакомительная. Посмотреть на тех, кого удалось доставить в спецотделение Трех Китов живьем. А также на материалы, зафиксировавшие то, что осталось от их жертв. И постоянный, словно рефрен, вопросы: ты считаешь, что они имеют те же права, что и люди? Ты считаешь, что они имеют право на жизнь? Вот этот, специализировавшийся исключительно на беременных, – добывавший плод, не убивая мать – она умирала потом сама. От кровопотери. Имеет? Или этот – сжигавший пятилетних мальчиков. Пепел входил в состав его колдовских зелий… Имеет? Или этот – питавшийся исключительно мозгом жертв… Еще живых жертв. Имеет? И тот, и тот, и тот… ...впечатление шло по нарастающей. Так, чтобы экскурсанту казалось: ничего страшнее и омерзительнее быть уже не может, – и тут же выяснялось: может! Еще как может…

Подбор кадров – дело деликатное. Особенно в Конторе… Особенно в оперативный отдел… Не каждый человек в состоянии принять тот факт, что среди нас живут существа, порой очень – не отличить – похожие на людей. Живут, убивая, – и для них это не преступление, просто способ существования… И можно с ними делать лишь одно – уничтожать. Уничтожать без страха, без колебаний, без жалости. Но – в идеале – и без ненависти… Смешно и глупо ненавидеть комара за то, что пьет кровь – устроен так, не способен жить иначе. Обойтись без ненависти к тенятнику, неспособному прожить без мяса жертв, куда труднее… И зачастую кураторам приходится сознательно культивировать ненависть в подопечных. Потому что нет иного способа дать в руки человеку оружие и послать в бой…