Цитаты из книги Шлейф сандала

Он продолжал изучать меня аки неведомую зверушку, а я лихорадочно размышляла. Чего он так смотрит? Что думает? Нужно было в школе историю учить, а не по соревнованиям разъезжать! Сейчас бы было куда легче! Но с другой стороны, чтобы я делала с нападающими? Пришибла бы их историческими фактами и датами? Перед глазами промелькнула картина, как разбойник поворачивается ко мне с ножом, а я такая: «Куликовская битва в таком-то году! Отмена крепостного права в таком! Дольше всех Россией правил царь Иван Грозный – пятьдесят лет и сто пять дней. Ха! Умри, несчастный!». Бандит хватается за сердце и падает без дыхания.

- А чево? – девушка хлопнула ресницами. – Барин, видать, и сами супницу-то увидели… Один жирный ободок по краю остался… Я вам так скажу, ежели вы вдруг замуж захотите, так при кавалерах нужно поскромнее откушивать. Вот посмотрит какой жених, как вы поросят уплетаете, да решит, что невыгодно такую жену в дом брать. Подумает, непроста девка, аки хороший жернов: что ни кинь, все смелет… - Так она его еще и отлупит, ежели возмущаться станет, - подала голос Прасковья. – Будет с разъюшеным носом каждую субботу ходить. Служанки захихикали, поглядывая на меня. Наверное, уже страх прошел.

— Я стaну офицером? — мaльчик обвел всех изумленным взглядом. — Нaстоящим? В форме и нa лошaди? — Стaнешь, — улыбнулся Дaвид. — Если зaхочешь, конечно. Ты можешь откaзaться, тогдa я подaрю тебе что-нибудь другое. — Нет! Я хочу стaть офицером! — Прохор спрыгнул со стулa, подбежaл к князю и с присущей ему непосредственностью обнял. — Вaше сиятельство, мне еще глaз выбить нужно! Мы дaже рты рaскрыли от тaкого зaявления. — Зaчем?! — Дaвид присел, чтобы быть с ним нa одном уровне. — Я стaну великим полководцем! Кaк Кутузов! — Прохор прикрыл прaвый глaз лaдошкой. — Мне через весь кaбaчок черную ленту протянут, нa мaкушке зaтянут и скaжут: «Иди-кa ты, Прохор, нa врaгa! Нaрубишь с них кaпусты полведрa дa кувшин соплей, a мы тебя зa это мaршaлом нaзнaчим!». А с менястaнется! Мигом aрмию в бой! Тaм — бaбaх! Сям — грохутуль! А туточки — фьють-фьють! Кто жив остaнется, поскaчет в свои зaгрaницы и поведaет всем, что живет в России-мaтушке великий полководец Прохор Рубaкa! И нечa тудa более совaться! Мы стaли хохотaть, но мaльчик вдруг погрустнел и опустил голову, тяжело вздыхaя. — Нет, не могу.. Кaк же я брошу Еленочку Федоровну? Вaсильевну? Не-е-ет.. девок полон дом. Кто зa ними присмотрит?

- Я стану великим полководцем! Как Кутузов! – Прохор прикрыл правый глаз ладошкой. – Мне через весь кабачок черную ленту протянут, на макушке затянут и скажут: «Иди-ка ты, Прохор, на врага! Нарубишь с них капусты полведра да кувшин соплей, а мы тебя за это маршалом назначим!». А с меня станется! Мигом армию в бой! Там – бабах! Сям – грохутуль! А туточки – фьють-фьють! Кто жив останется, поскачет в свои заграницы и поведает всем, что живет в России-матушке великий полководец Прохор Рубака! И неча туда более соваться!

- Еленочка Федоровна на червовую даму похожа! Потому ее князь и завернул в скатерку-то! У людей глаз дурной, еще испортят царицу нашу! Я как увидел ее в розах, ахнул! Панталон красоты!

- Как это панталон? – ахнула Акулинка. – Ты чего мелешь, глупынь?!

- Ежели ты слов заумных не знаешь, так молчи! – заявил он, приподнимая подбородок. – Я вчерась слышал, как один барин другому на девицу показывал и говорил! «Смотрите, Михаил Львович, это ведь не просто дама, а панталон красоты! Мегера Милосская! Истинно вам говорю!».