Семья, единобрачие, любовная романтика. Повсюду исключительность и замкнутость, сосредоточенность влечения на одном предмете; порыв и энергия направлены в узкое русло.
– А ведь каждый принадлежит всем остальным, – привел Мустафа гипнопедическую пословицу.

Было нечто, именовавшееся Небесами; но, тем не менее, спиртное пили в огромном количестве.

Бернард торопливо шёл по крыше, пряча глаза, если и встречался взглядом с кем-либо, то бегло, тут же снова потупляясь. Шёл, точно за ним погоня и он не хочет видеть преследователей: а вдруг они окажутся ещё враждебней даже, чем ему мнится, и тяжелее тогда станет ощущение какой-то вины и ещё беспомощнее одиночество.

При правильном их применении слова способны быть всепроникающими, как рентгеновские лучи. Прочтешь и ты уже пронизан и пронзён.

Не воображайте, будто у меня с девушкой было что-либо неблагопристойное. Ровно ничего излишне эмоционального или не в меру продолжительного. Взаимопользование наше было полностью здоровым и нормальным.

"Похоти рабой Жить, прея в сальной духоте постели, Елозя и любясь в свиной грязи…"

«О дивный новый мир…» Память злорадно подсказала Дикарю слова Миранды. «О дивный новый мир, где обитают такие люди».

В географическом зале Джон услышал, что «дикая резервация – это местность, где вследствие неблагоприятных климатических или геологических условий не окупились бы расходы на цивилизацию».

Потому что он – старьё; вот главная причина. Старьё нам не нужно.

...Но разве не манит тебя другая свобода - свобода быть счастливой как-то по-иному? Как-то, скажем, по-своему, а не на общий образец?...

Материнство, единобрачие, романтика любви. Ввысь бьёт фонтан; неистово ярится пенная струя. У чувства одна узенькая отдушина. Мой любимый. Моя детка. Немудрено, что эти горемыки, люди дофордовских времен, были безумны, порочны и несчастны.

Всеобщее счастье способно безостановочно двигать машины; красота же и истина - не способны.

Почему ей дали превратиться в... целуемую солнцем падаль?

Сцена в саду восхитила его своей поэзией; однако чувства влюблённых вызвали улыбку. Так взвинтить себя из-за взаимопользования - смешновато как-то.

От моря у меня такое чувство... - он помедлил, поискал слова. - Я как будто становлюсь более собой. Понимаешь, самим собой, не вовсе без остатка подчинённым чему-то.

...хотя завеса рекламных огней поредела, Ленайна с Генри по-прежнему блаженно не замечали ночи.

Барахтанье в дерьме - не лучший способ очищения. (о самокопании, из предисловия)