Цитаты из книги Жатва

Он знал, что самая быстрая метаморфоза благого намерения в чудовищность и беспощадность происходит тогда, когда вопросам вечности противостоят чувства отдельных людей. Этот мир так и будет тонуть в любви, в ложной привязанности и искусственных идеалах. В конечном итоге приземлённость человеческой личности всех и придавит к земле.

Когда всё безвозвратно гибнет, действительность сходит с ума.

Ты либо скептик, либо псих, иного не дано.

Человечество всегда стоит на пороге какой-то катастрофы.

Странными дома злодеев бывают только в кино, в реальности же ни маньяки, ни их дома не отличаются от других.

- Человечество всегда стоит на пороге какой-то катастрофы, - наконец-то сказал мистер Дэвис, - и тем не менее до сих пор существует.

Она уже давно не курила: последние пару лет все просто помешались на здоровье, и курить в общественных местах было запрещено, на сигареты повысили цены – в общем, делалось всё, чтобы их запретить. И они запретили, но ничем хорошим это не кончилось. Сигареты стали делать подпольно и ещё более вредные. В общем, всё вернули опять.

Мистер Одли достал пистолет и показал всем идти за ним. — У тебя и оружие есть? — шепнул Михаэль. — У тебя теперь тоже! — он поднял штанину - на щиколотке, привязанный скотчем, висел пистолет. — Где ты их взял, чёрт возьми? — Сын нашёл, пока гулял по этим их мёртвым городам. — А мне моя привезла вазу, — пробормотал Михаэль.

Нет ничего страшнее той боли, когда ты теряешь ребёнка, даже если он всё ещё жив. Одли смотрела в глаза своему сыну, тогда, перед тем, как сдаться врачам, смотрела и не видела уже его взгляда, одно отчуждение и пустота.

Аманда смотрела на все эти дома, на все жизни в них, которые были не жизнью, а всего лишь экспериментом, и она в нём — подопытной крысой. Сколько у неё детей? — Сколько у меня детей? — посмотрела она на мужа. Он не знал, что ей ответить, и только пожал плечами. — Не волнуйся, я усыновлю всех. Аманда сначала рассмеялась каким-то истерическим смехом, а после разрыдалась в его плечо.

...пустая надежда хуже отсутствия всяких надежд.

Тот, кто уверен в своей исключительности, как правило, исключительный болван.

Он жил лишь одной мыслью, и та была сродни помешательству. А когда мозг занят только одной идеей, никто и ничто больше не занимает его — ни люди, ни даже чувства к ним.

Вот это пугало больше смерти - жизнь, замершая в центре неё. Это как услышать на кладбище крики из-под земли. Смерть должна оставаться смертью —застывшей, беззвучной, неживой!

Вот что пугало больше смерти - жизнь, замершая в центре неё. Это как услышать на кладбище крики из-под земли. Смерть должна оставаться смертью - застывшей, беззвучной, неживой!

Без какого-то эха из прошлой жизни.

Страх смерти потому и силён, что, как нечто первобытное, он не даёт мыслить трезво, он сбивает сигналы в мозгу, блокируя всё.

У учёных мало выбора, дочка, ты либо скептик, либо псих, иного не дано.