Цитаты из книги Rozdroże Kruków

Более опытный ведьмак немедленно бы развернулся и спешно удалился. Геральт же недостаток опыта компенсировал смелостью. Происходящее от нехватки не только опыта, но и воображения.

– Я знаю, о чем они. Тоже о законе. Таком, что медицинская помощь, оказываемая женщинам, закону противоречит и наказывается. Выдумали это, понятно, мужчины. Ха, если бы это они беременели, то прерывание беременности объявили бы святым таинством и проводили бы его с молитвами, благовониями и хоральным пением…

Книги расскажут вам об известном ведомом – о тех чудовищах, которые известны нам, и мы об этом знаем. Вдобавок книги позволят вам понять, что существует известное неведомое – твари, о которых мы знаем, что они нам незнакомы.

Полностью же дичь, издающая чудесный запах печеного мяса и майорана, весила на глаз добрых триста фунтов. – Тут добрых триста фунтов, – оценил Руперт Мансфельд, маркграф Нижней Мархии. – На глаз.

Ха, клиент наш господин, хочет кобылу – получит кобылу. Только вот, хехе, милсдарь ведьмак, с конями ведь как с рыбой. Я тебе тут скакунов чистокровных словно крупных щук предлагаю, а ты себе плотвичку выбираешь. Чего смеешься? Разве я что-то смешное сказал?

– Месть, – сказала она, распахивая калитку, – это отрада лишь для людей мелких и примитивных.

– Знаю.

– Месть поставит тебя вне закона.

– Знаю.

– Так что езжай, и…

– Да?

– И поубивай этих гадов.

Первое примо, я не наёмный убийца и не собака на побегушках. Второе примо, двести крон за убийство - говно, а не расценки.

А он, гляжу, побелел, будто жопа зимой.

У заката был цвет копчёного лосося.

Угрожал подозреваемой Хельт, что доверенному лицу моему, прошу прощения, ноги из жопы повырывает...

Войт Булава уже несколько раз заверял Геральта, что повторять не привык. Несмотря на это, повторял постоянно. Видимо, любил это дело, хоть и не привык.

— Вставай, юный Геральт. Ведьмак Геральт. Давай помогу. Ходить можешь? Тогда пойдём. Как я сказал, с оплатой не выйдет. Но нас накормят и приютят на ночь. Девушки обработают твои раны. Если вежливо попросишь, глядишь, какая-нибудь будет к тебе и поласковей.

Румяные девушки обработали ему раны. И накормили. А рудокопы пустили на ночлег. Хольта в палатку, Геральта на телегу.

Одна из девушек пришла к Геральту ночью и была ласкова.

Правда не для всех. Правда — для тех, кто способен её вынести.

Оставим этот перекресток воронам.

Существуют, дорогой маркграф, в этом мире явления необратимые. Такие, которые обращаются лишь в одну сторону и, обратившись, не могут вернуться в прежнее состояние. Например: нельзя из ухи сделать аквариум.

— Начало выдалось, может, не самое складное, но так оно с началами и бывает.

— Вы изучаете бестиарии, чтобы обрести знания о тех, с кем вам предстоит сражаться. Но помните: знания — это не всё. Книги научат вас тому, что мы уже познали — чудовищам, о существовании которых мы знаем. Книги также откроют вам глаза на то, что нам ещё предстоит узнать — на чудовищ, о которых мы знаем лишь то, что они существуют. Но никакой бестиарий и никакая книга не подготовят вас к тому, о чём мы даже не подозреваем. К чудовищам, само существование которых нам неведомо.

Тебе тоже, небось, не раз приходилось выслушивать, мол, сопляк, молокосос, старших слушаться надо, ещё учиться и учиться, взрослеть пора, бла-бла-бла... Словно мудрость с годами сама приходит. Будто старых дураков на свете не бывает.