Индейский лагерь

В этом небольшом рассказе затронуты сразу несколько различных тем, которые переплелись в единое целое.

• Маленький мальчик, который служит помощником у своего отца хирурга-аккушера.
• Жизнь индейцев в отдалённой деревушке в диких лесах, в удалении от цивилизации и от врачебной помощи.
• Участь женщин, страдающих во время родов. И их мужей, которые ничем не могут помочь в случае осложнений.

  Сложилось так, что в индийской деревушке женщина рожала уже несколько дней, перспективы оказались очень печальными. К счастью, доктор, видимо вызванный на подмогу, успел вовремя оказать ей помощь. При этом пришлось прибегнуть к кесареву сечению, но почему-то у него при себе не было обезболивающих средств. Женщина выжила, но сложно себе представить, что она пережила за эти три дня.

Все это действие умещено на нескольких страницах. Но, как всегда у Хемингуэя, написано так ярко и красочно, что эта сцена врезается в память надолго. Вызывает эмоции и переживания, и заставляет переосмыслить многие жизненные ценности.

Какой ёмкий, волнительный и колоритный рассказ с привкусом крови на губах в своеобразном стиле "айсберга" у Хемингуэя! Три ключевых момента жизненного цикла затронул автор. Рождение, взросление, смерть. Только это не фазы жизни одного человека, нет. События, произошедшие в одном индейском посёлке гораздо интереснее и довольно жуткие. И мне хочется навести тумана, а не удариться в анализ, потому что есть желание сподвигнуть потенциального читателя моего отзыва  к прочтению этого маленького по объёму рассказа. Поэтому, вот вам маленький отрывочек из текста, который должен разжечь читательский интерес :

"В окне ближней лачуги светился огонь. В дверях стояла старуха, держа лампу. Внутри на деревянных нарах лежала молодая индианка. Она мучилась родами уже третьи сутки. Все старухи поселка собрались возле нее. Мужчины ушли подальше; они сидели и курили в темноте на дороге, где не было слышно ее криков. Она опять начала кричать, как раз в ту минуту, когда оба индейца и Ник вслед за отцом и дядей Джорджем вошли в барак. Она лежала на нижних нарах, живот ее горой поднимался под одеялом. Голова была повернута набок. На верхних нарах лежал ее муж. Три дня тому назад он сильно поранил ногу топором. Он курил трубку. В лачуге очень дурно пахло."

Однако, всё-таки хочу озвучить своё мнение, относительно одного щепетильного вопроса, который был здесь весьма актуальным. Присутствие мужа на родах своей жены. Я категорически против этой новой и модной практики нашей развитой цивилизации. У мужа этой индианки не было выбора. А вот у нас есть. И мне кажется, не стоит так шокировать мужское население подробностями процесса рождения их детей, учитывая хрупкое мужское восприятие  боли и крови. Это просто тяжело и страшно наблюдать любому постороннему зрителю, если он не медик. А тут ещё и жена. Мужчина ведь всегда хочет что-то предпринять, чтобы помочь - это у него в природе. А в такие минуты он должен просто безучастно наблюдать этот кошмар и чувствовать свою беспомощность. Не нужно столько бесполезных испытаний с опасностью повлиять на последующее влечение к жене к тому же. А его рука поддержки в такие минуты меня бы только смущала. Впрочем, всё это очень индивидуально и субъективно...

Один человек написал отзыв на книгу Хемингуэя, сказав много лестного не столько о данной книге, сколько о талантах самого автора. Так получилось, что прямо ли, косвенно ли ответ мой на излияния того человека имеет отношение к "Индейскому посёлку", поэтому я процитирую его.

Вообще-то, слог у Хемингуэя достаточно паршивый (я бы мог принять его как "изюминку", литературную фишку, продемонстрируй автор хоть раз, что может писать иначе, и такой слог - лишь литературный метод, способ подачи (для примера: "Улисс" Джойса мало схож стилистически с его же "Дублинцами"), а не его естественный и единственный "голос"). Единственный раз, когда этот слог зашёл в тему - это в, - на мой взгляд, лучшей его вещи, - рассказе "Индейский посёлок", но там доминировала тема, которая отвергала любые красоты. Тот же Фицджеральд, который, как правило, писал какую-то ерунду, языком владел стократно лучше (та же "Ночь нежна", по-моему - явление чистой литературной красоты).

Ась? Знаю-знаю, ты хочешь услышать моё мнение, поэтому не стану тебя мучить. По-моему, в Америке есть два писателя первой величины или, прости, столпа: поздний Сэлинджер и, конечно, Фолкнер, Фолкнер, Фолкнер!!! Какой Хемингуэй? Откуда? Почитай фолкнеровского "Осквернителя праха", или повесть "Медведь", или ещё более модернистский, чем "Шум и ярость" (сейчас АСТ стало заваливать прилавки другим переводом этой книги, получившей заглавие "Звук и ярость", но читать этот перевод невыносимо) "Авессалом, Авессалом!".

Что же это за тема такая, что спасает даже такого бездарного писателя ("В 1952 году Эрнест Хемингуэй опубликовал в журнале "Лайф" повесть под названием "Старик и море". В ней шла речь о кубинском рыбаке, у которого не было клева восемьдесят четыре дня подряд. А потом он поймал огромного марлиня. Он убил его и привязал к лодке. Пока он плыл к берегу, акулы объели с рыбы все мясо.
Когда вышел рассказ Хемингуэя, я жил в Барнстэбл-Вилидж на мысе Кейп-Код. Я спросил у одного местного рыбака, что он думает об этой повести. Он сказал, что главный герой - полный идиот. Ему нужно было срезать с рыбины лучшие куски мяса и положить в лодку, а что не поместится - бросить акулам.") как Хемингуэй? Тема жизни и смерти, само собой. И хотя, как мне вспоминается, "Индейский посёлок" - рассказ ранний, тема обыгрывается лучше, чем можно было ожидать от автора "Снегов Килиманджаро". А поскольку рассказ такой маленький, что способен уместится на кончике иглы, (нужно ли говорить, что раскрыть маленькую вещь сложнее многостраничного романа?) то общую канву сюжета опишу так: где-то, в местечке удалённом от "благ цивилизации", рожает инди(е)анка? (А - индейская женщина, кароч), вернее, родить-то она не может и по всему выходит, что испытывает она трудности с этим славным делом. Мальчик, от лица которого ведётся рассказ, отправляется с отцом, который пытается выполнять для местных роль врача, не всегда имея к тому необходимые средства, а так же дядей (или кем-то вроде) к роженице, ну а что произошло дальше - тайна сюжета. Сейчас не любят, когда раскрывают подробности сюжета (псс, Раскольников убил процентщицу, псс), хотя для восприятия произведения второстепенно, знаешь ты сюжет или нет.
С другой стороны, можно высмотреть в рассказе банальную сентиментальщину, лёгкую пошлинку, и тогда получится, что рассказ берёт не некоей глубиной, а броскими, дармовыми чувствами, понятными самым праздным легковесным умам.
Ээээ, оооо - в этом-то все и дело.