— Он женат, и у него есть дети!
— Знаю, но это не мешает человеку влюбиться, когда он встречает родственную душу.

До сих пор я никогда не понимала его сочинение. Я считала, что оно для меня слишком сложно. Но сейчас, внимательно читая страницу за страницей, я сделала очень печальное открытие. Здесь не было ничего сложного – ни необычной философской теории, ни особого взгляда на проблемы человеческого бытия, ни главной темы, ни нового подхода. Это были обычные папины негодующие тирады. Ни для кого, кроме него самого, все это не имело ни малейшего значения. Возможно, и для него оно уже не имело значения.

– Это правда, но он не такой, как другие. Совсем не важничает и не задается. Конечно, он некрасивый…
– Он очень красивый! – сказала я.
– Да ты что, с этой противной бородкой? Мы с Ижкой и Фижкой считаем, что бороды – это вульгарно. А Ижка говорит, раз он носит серьгу, значит, голубой. Но я думаю, этого не может быть, раз у него жена и двое детей.
– Мне плевать, даже если бы у него были сразу любовник, любовница и борода, как у Деда Мороза.

– Пруденс? Это ты?

Нет, мама, это уже не я. Это совсем другая девочка – она летит над пыльным полом. Я хочу еще полетать – высоко-высоко.

Казалось, буквы у него перед глазами разрастаются в высокие деревья и он бродит по дремучему лесу, не находя выхода.

– Эти мужчины! Поменять пеленку для них – целое дело. Такое впечатление, что он каждый раз ждет за это ордена.

Меня обезоруживала ее манера говорить со мной, как будто мы старинные подруги. Я вовсе не хотела с ней дружить. Я не хотела, чтобы она так мило со мной разговаривала.

Я не совсем понимала, что значит «пойдем покурим». Может, это такой эвфемизм?

Мама с Грейс глядели на него, как на нового Моисея, получившего десять заповедей бизнеса непосредственно от Бога.

– Ты в него влюблена по уши. Меня не проведешь, Пруденс Кинг.

Мама с Грэйс глядели на него,как на нового Моисея, получившего десять заповедей бизнеса