— Беру свои слова обратно, — ответил он на мой вопросительный взгляд.
— Какие?
— Она не злая суфражистка, она добрая суфражистка.
Я усмехнулся:
— Ты прав. Но кстати, вот чего не понимаю: как она собирается уживаться с Элиотом? Он ведь хочет брак, семью, детей.
— Но ведь и она этого хочет. — Вал пожал плечами и сел на диван рядом со мной.
— Разве суфражистки этого хотят? — изумился я.
— Конечно.
— Я думаю, ты не понимаешь их.
Вал набрал в легкие воздуха:
— А я думаю, что понимаю. Я с ними беседовал. И знаешь, что я понял? Их рвение к самостоятельности на самом деле исходит из желания помощи. Они хотят делать все сами не потому, что им это нравится, а потому, что устали надеяться на мужчин. Потому что видели, и не раз, что мужчины и не думают помогать. Однако под мужчинами они зачастую имеют в виду самых беспомощных, бесполезных и безмозглых представителей нашего рода, забывая, что есть и другие. У этих женщин сердце кровью обливается, когда они видят, как помогают таким же, как они. И еще сильнее — когда тем, кто хуже их. — Он сочувственно свел брови к переносице. — И это грустно.