Цитаты из книги Фотограф

Я не мог не сравнивать себя и свою квартиру со Штраубами и их домом. Этот контраст заставил меня почувствовать себя глубоко неполноценным. Я обнаружил, что не могу заглушить голоса в моей голове, которые кричали о моей неполноценности.

Она проецировала свою собственную нечестность и нелояльность на других людей.

Я читала, что маленькие дети с повышенным сексуальным сознанием часто подвергались насилию.

Я зарабатываю на жизнь, разглядывая детские лица, поэтому знаю, о чем говорю. Требуется много времени, чтобы лицо стало таким, каким оно должно быть. У некоторых детей детский жирок сохраняется и в подростковом возрасте. Затем жизненный опыт формирует характер и высекает черты лица. Маленькие дети часто бывают милыми, но они редко бывают красивыми, потому что настоящая красота имеет свою специфику.

У меня был приличный гардероб, потому что всегда считала одежду расходами на бизнес.

Я отказалась от нескольких работ, чтобы отдать приоритет сну и здоровью.

Некоторые люди живут всю свою жизнь, просто ожидая момента, когда у них появится возможность презирать других, вместо того, чтобы самому стать объектом презрения.

«Но я хочу фотографировать людей, которые ведут себя так, как они ведут себя на самом деле. Когда они грустят, злятся или напуганы. Иногда я смотрю на свою маму и хочу сфотографировать, как она выглядит, когда не выступает. Она выступает большую часть времени».

Натали пришла ко мне в квартиру в синих джинсах и тонкой, почти прозрачной футболке, которая подчеркивала ее худобу. Там было написано: «Нормальные люди меня пугают». Это был признак низкой самооценки.

Я посмотрел в глаза Яна и увидел щедрость духа и доброту. Но я также увидел посредственность. Я не увидел того, кто планировал добиться успеха на самом высоком уровне. Я увидел того, кто был доволен жизнью среднего человека.

Мне следовало покрасить стены квартиры в розовый цвет, а не в лавандовый. Лавандовые стены выглядели серыми и плоскими в северном свете. Почему я не знал, что так будет?

Я не хотела, чтобы у Фрица или Амелии была личная жизнь, отдельная от меня. Чем больше я зарывалась в них, в них обоих, тем меньше становилась вероятность того, что мне когда-нибудь снова придется вернуться к собственному существованию.

Часы в моей квартире становились все труднее, потому что мое тело и мозг привыкали к масштабу и свету в доме Штраубов, включая дизайн их окон и стеклянных дверей, которые позволяли глазу занимать все пространство за пределами их дома. В доме Штраубов у меня была свобода тянуться и бегать, метафорически говоря, без каких-либо ограничений, тогда как в моей собственной квартире я чувствовала, что всё больше сжимаюсь и сжимаюсь.

Во-первых, я обычно брала много за свои фотографические навыки. И что-то подсказывало мне, что Амелия ищет сделку. Она бы оттолкнула меня, если бы я сказала, что моя цена — полторы тысячи за день. Но я не могла обесценить свою работу. Либо все, либо ничего. Я не выбрал ничего.

«Как ты это делаешь?» — сказала она. «Ты не искажаешь пространство, а интерпретируешь его наилучшим образом. Ты гений».

Настоящие друзья делают друг другу одолжения.

Я хотела выглядеть так, будто принадлежу к тому же социально-экономическому классу, что и она.

Мы, люди, эволюционируем, чтобы соответствовать нашему окружению.

Бесконечное количество обезьян с бесконечным количеством пишущих машинок и бесконечным количеством времени могли бы написать Полное собрание сочинений Шекспира. Это называется теоремой о бесконечной обезьяне, и она применима и к камерам, и к фотографиям.

Некоторые люди считают себя фотографами, потому что сделали несколько приличных снимков на свои iPhone.