Брокен-Харбор

Ричи отнес стаканчик в хранилище и на обратном пути захватил из столовой жиденького кофе, который действует главным образом за счет самовнушения, — однако даже такой кофе лучше, чем ничего.

Бывшие работодатели Патрика отстегнули ему немаленькую компенсацию при сокращении, но с тех пор единственными поступлениями были пособие по безработице и выплаты на детей. А траты не прекращались. В феврале, марте, апреле деньги утекали со счета с той же скоростью, что и раньше. В мае Спейны начали урезать расходы. К августу вся семья уже тратила меньше, чем я один.

Только в высшей степени талантливый потециальный самоубийца, — Купер снова заговорил голосом заклинателя недоумков, — мог бы пырнуть себя под лопатку, ударить себя по затылку, а затем, за долю секунды до потери сознания, спрятать оба орудия так тщательно, чтобы их не нашли по крайней мере в течение нескольких часов. За отсутствием доказательств того, что миссис Спейн — высококлассная гимнастка и фокусница, нанесение повреждений самой себе, вероятно, можно исключить.

Несколько веков назад жил один философ, который считал, что самое простое решение — всегда самое верное. Не самое легкое, а такое, для которого требуется минимальное количество дополнительных допущений.

Если кто-то из этой пары и хранил секреты, то она. Мир был бы другим — намного сложнее для нас и намного проще для пребывающих в блаженном неведении мужей, — если бы женщины просто выбрасывали вещи.

Мы проверили чердак на отпечатки лап и экскременты, однако там какали разве что пауки. Если в доме и водились вредители, то очень осторожные.

Похоже, что обоих детей задушили, — сказал он. Я почувствовал, что Ричи снова задергался. — Поставить точный диагноз сейчас невозможно, однако видимые травмы и симптомы отравления отсутствуют, поэтому я склонен считать, что причиной смерти стала гипоксия.

Дай девушке выбор, ради бога, но сделай так, чтобы она выбрала то, что нужно тебе. Правило номер три, четыре, пять и еще десяток: на этой работе нельзя плыть по течению — его нужно направлять.

Но если кого и стоит пожалеть, так это родственников жертв. Как я и говорил Ричи, девяноста девяти процентам жертв жаловаться не на что: они получили именно то, на что нарывались, — зато члены семьи примерно с той же вероятностью очутились в этом аду совершенно незаслуженно.

В этом доме творилось что-то очень странное, причем задолго до вчерашней ночи. В стенах куча дыр, и я понятия не имею, кто их проделал и зачем. Если найдешь какие-нибудь зацепки — отпечатки пальцев или еще что, — будем очень благодарны.

Давайте начистоту — это дело было по плечу только мне. Вы удивитесь, сколько из наших парней, будь у них выбор, шарахнулись бы от него на милю, а у меня выбор был — по крайней мере, сначала. Пара ребят мне так прямо и сказали: «Хорошо, что оно досталось тебе, а не мне». Однако я лишь сочувствовал им, а о себе и не думал беспокоиться.

— Знаете, на что это похоже? На метель.
Ты не видишь даже то, что у тебя перед носом,
слышишь только несмолкающий свист,
понятия не имеешь, где ты
и куда идешь,
а снег валится на тебя отовсюду,
летит, летит и летит.
И все, что ты можешь, — это сделать еще один шаг.
Не потому, что он куда-то приведет, просто иначе ты упадешь и сдохнешь. Вот на что это похоже.

...
— Это было последнее, что у нас оставалось. Я повторяла про себя снова и снова: «По крайней мере, еще никто не знает». Пока людям казалось, что у нас все замечательно, у нас был шанс все наладить. Но если все считают вас психами и неудачниками, к вам начинают относиться соответственно, и это конец. Вам крышка.

«Как к тебе относятся, так ты себя и чувствуешь», — сказал я Ричи.

... - Не важно, откуда ты родом. Происхождение изменить невозможно, так что даже не думай об этом. Важно то, куда ты движешься. А вот направление, друг мой, можно выбирать.

— Знаю. Я же здесь, так?

— И моя задача — помочь тебе пойти дальше. Один из способов выбрать направление — сделать вид, будто ты уже прибыл.

Можно сколько угодно твердить себе: «Это исключение. Такое больше не повторится». Нет, всегда найдется еще один особый случай, который потребует чуть-чуть перейти за черту. Все начинается с первой дырочки в дамбе, такой крошечной, что она ничему не может повредить. Вода непременно ее найдет и устремится в трещинку, будет давить на нее, размывать, бездумно и неустанно, пока дамба не рассыплется в прах, пока на тебя с ревом не хлынет море. Остановить это можно только в самом начале.

Некоторые вещи случаются сами по себе, и если они начались, их уж не остановить, как ни старайся

Если думать о том, что будет больно, — считай, почти проиграл.

Невиновные пугаются так же, как и преступники, и даже больше, ведь они не такие самодовольные уроды. Конечно, бояться им незачем, но им же не объяснишь.

Он так раздулся от гордости — вполне заслуженной, прямо скажем, — что его комбинезон едва не трещал по швам.

Она просто завидует.

— Чему? — спросил я.

Шинед кисло взглянула на меня:

— Нам. Мне.

Мне в голову не приходило ни одной причины, по которой Дженни Спейн могла бы завидовать этим людям, но это, похоже, не имело значения. Шинед скорее всего думала, что Бейонсе не пригласила ее на свой девичник исключительно из зависти.