После Тьмы, или Местами по городу возможны чудеса

– Женщины, – сказал Курт. - В этом мире всё ради них.
– Нет, - ответила Влада. - Всё ради жизни.

Для начала рухнул на тахту и проспал час, потом помылся на кухне, не поленившись натаскать в лохань горячей воды из котельной. А после еще и выбрил свою физиономию практически до идеальной гладкости. Начистил, так сказать, пёрышки. Хорошо! Не баня, конечно, но хорошо.
– Ну вот, теперь можно и за Светловой приглядеть, – сказал он, изучив отражение в зеркале.
Зеркало треснуло.

Она стремительно поцеловала его в щёку – и пулей вылетела из машины. Женщины иногда становятся такими резкими и быстрыми, чтобы никто не заметил их слёз. А если быстро никуда не деться, поднимают лицо к небу, чтобы слёзы видело лишь оно – вроде как небо поймёт, оно ведь тоже частенько плачет.
Сейчас оттуда сыпались крупные снежные хлопья, а это почти то же самое. Наверное, небо на деле тоже женщина. Просто не нашлось для него слова женского рода.

– А ты зачем здесь, товарищ капитан?
– А я к тебе, товарищ капитан. Пустишь?
– Смотря зачем.
– Ну, кота-то ты готова была впустить? И зачем?
– Кота я хотела отогреть, накормить и спать уложить, а тебя – еще не знаю, - задумчиво протянула Влада.