– На меня не смотри, – перехватила взгляд старушка. – Я дама вне категорий. Даже если шаровары натяну – никто не заметит.

Дмитрий купил у служителя храма освящённый греческий орех и разломил его пополам. Одну половинку положил на алтарь, вторую, освободив от скорлупы, съел, разделяя мысли со святым Тирусом. Мудрость в поиске серийного убийцы сейчас бы не помешала.

Жилая комнатка кружевницы Ирины Витушкиной в доходном доме на Малой Воскресенской улице оказалась маленькой и опрятной. Обстановка простая, если не сказать скудная, но нет пыли и грязи. Из мебели – узкая кровать с лоскутным покрывалом, сундук с одеждой, комод и стол со стулом возле небольшого окна. Стол, судя по всему, использовался попеременно как рабочий и обеденный.

Отец любил повторять слова: «На зло отвечай добром, на удар по щеке подставь другую». Прости, папа. Если ударили по щеке – надо бить в ответ. Пусть не самая добросердечная заповедь, но действенная.

У вас, как это сказать, хроническое недовольство всеми и всем. Вы живёте за счёт раздражения и гнева, это ваша движущая сила. Что ж, возможно, пожизненная каторга научит вас хоть немного ценить то, что у вас было когда-то.

Парадная зала арендованного особняка на Тверской чем-то напоминала витрину с мороженым или кондитерскую. Девичьи наряды светились самыми нежными оттенками белого, слоновой кости, голубого, розового, сиреневого… Пышные и воздушные платья пенились, как взбитые сливки, как невесомые меренги, как ажурные папильотки на ножке котлеты по-киевски…

И почему людей так тянет на места преступлений и катастроф? Неужели сильных впечатлений в собственной жизни не хватает?

Разговор получался очень странный и какой-то мистический, но Соня решила подыграть старушке. Сто лет всё-таки, или сколько ей там. В таком возрасте поверишь в любую чушь. Например, что аэроплан сотню человек в воздух поднимет или что плесенью можно победить инфекцию. Что же, подыграем.

На войне не нужны врачи, дающие жизнь. Нужны принимающие смерть.

Съеденный орех оставил во рту неприятный привкус. Вот такая она – мудрость, доставшаяся ученику Тирусу. Спрятанная за крепкой скорлупой и при этом горькая. Воистину, как говорил Соломон, «во многой мудрости много печали».

Для сыщика Дмитрия Самарина завтрак начался в семь.
И, как это нередко случалось, Митя его сжёг. Казалось бы, отвлёкся буквально на минуту, отжался всего тридцать раз – и яичница тут же обросла по краям чёрной каймой, а яркий желток подёрнулся мутной плёнкой. Ну вот, вчерашнюю засохшую сайку уже не макнёшь, придётся грызть так.

Странное всё-таки создание – человек. Всегда желает противоположных вещей

Пускай я потом буду жалеть, но в следующий раз сделаю по-другому. Или снова поступлю так же. Надо пробовать и обманываться, но опять пытаться, иначе в чём смысл жизни?

Визионер же есть типаж, совершающий умышленные насильственные преступления из-за аномалий поведенческого характера.

Хороший адвокат способен из обвиняемого за секунду сделать пострадавшего.

-Магия... Поверь мне, то, что ты видел ещё до войны - убогие остатки. Чудотворца Диоса вспомни, он был магом вне категорий. Летал, ходил, поводе, выращивал отсеченые органы. Ещё пятьсот лет назад маги природные катаклизмы устраивали, а к нашему веку сил осталось только на дешёвые аттракционы вроде фейерверков. А Великий разлом и с теми отметками покончил. Вспомни Семиградье. Нет тут, Митя, никакой мистики. Есть один человек - хитрый и расчетливый.

– Оставьте Самокрасова в покое! Не похож он на душегуба.
– А вы много душегубов видели, Степан Степаныч? Не поделитесь, как они должны выглядеть?

Через полчаса слегка пострадавший от булавок (физически) и непринуждённости владелицы ателье (морально) Митя покинул гостеприимное заведение, с обещанием получить подогнанный по фигуре костюм через два дня.