Цитаты из книги Some Buried Caesar

Женщина способна увезти мужчину в ад лишь тогда, когда мужчина уже обзавёлся билетом до преисподней или по меньшей мере начал высматривать в расписании подходящий маршрут.

Не нужно закрывать глаза на факты. Вы ведете себя как женщина, которая прикрывает пепельницей пятно на скатерти. Но ведь кто-нибудь все равно сдвинет пепельницу.

Никаких свадеб. Свадьбы — это варварские пережитки… первобытного прошлого. Я даже на свою собственную не пойду.

Вульф учил меня, что одно из самых важных условий для успешной лжи – расслабить голосовые связки и мышцы гортани.

Женщина способна повергнуть мужчину в ад лишь тогда, когда мужчина уже обзавелся билетом до преисподней или по меньшей мере начал высматривать в расписании подходящий маршрут.

Пустой желудок разжижает кровь и нарушает мозговую деятельность.

– Вы даете мне честное слово, что не увильнете от своего обещания? – Только не честное слово. Мне не нравятся эти слова. Слишком часто ими пользовались нехорошие люди и запачкали их. Я даю вам мое слово.

— Ужасно. — Уголки ее рта снова приподнялись. — Потому что я откровенна и бесхитростна. Потому что я никогда не предлагаю того, чего не могу дать, и никогда не даю того, за что потом ожидаю платы.

Ложь удавалась ей плохо: она не умела лгать. Как учил меня Вульф, для того чтобы успешно лгать, необходимо научиться расслаблять голосовые связки и мышцы гортани, в противном случае приходится прилагать дополнительные усилия, чтобы протолкнуть ложь сквозь горло, в результате человек тужится и говорит быстрее и более высоким голосом, а к лицу приливает кровь

— Поразительно. Из-за какого-то быка. Словно вы хотите его поджарить и съесть. — В том-то и дело, — кивнул в ответ Пратт. — Из-за того они и бесятся.

– Уезжайте-ка вы лучше отсюда подобру-поздорову. А я последую инструкциям и заманю быка в дальний конец пастбища.

– Нет! – Она нажала на газ. – Мне тоже хочется острых ощущений!

- Но ведь день когда-нибудь кончится, да? Что вы делаете вечером? — Одному богу известно. Я служу у Ниро Вульфа.

Мы понимаем, что вы заняты. Просто диву даёшься, сколько существует способов быть занятым.

Существует правило не выходить на улицу в нижнем белье, но в случае, например, пожара мы его нарушаем.

— Грязный, подлый выскочка! — проревел Осгуд, глядя в упор на Пратта. — Чванливое ничтожество! — не остался в долгу Пратт. По-моему, оба были где-то недалеко от истины.

Proscriptions carried too far lead to nullity. - Nero Wolfe

– Да я кий от копья не отличу... Я согласна. Приходи ко мне вечером, поужинаем вдвоем.

– Нет уж. Я поужинаю дома с моим работодателем. Итак, жду тебя в холле «Черчилля» в восемь сорок пять.

– Но там так людно...

– Я сгораю от желания появиться с тобой на людях.

Такие люди, как вы, сэр, когда на них сваливаются беды, становятся очень опасными. Они способны на самый отчаянный поступок и при этом не теряют присутствия духа.

– Закричишь?

– Закричу.

– Посмотрим. Если пикнешь, я сделаю из тебя отбивную. Предупреждаю, только хрюкни – и я остановлюсь лишь с приездом «скорой помощи». А когда Осгуд прочтет расписку, то еще заплатит, чтобы я добавил тебе дюжину оплеух. Так что стой и не рыпайся.