Дом Судьбы

• Если человек рассказывает всё о себе другому, разве он в своем роде не исчезает?
  - Вовсе нет. Я бы даже сказала, наоборот.
  - Но человек, которого знали вы, растворился у вас на глазах. Я бы такого не хотела. Я предпочитаю фрагменты чужой жизни, которыми со мной хотят поделиться.
  

«Я не утверждаю, что разбираюсь в любви, – произносит она. – Но кое-что в ней все‐таки смыслю. Больше, чем ты думаешь. Больше, чем твои драматурги, которые говорят о ней всего два часа, прежде чем она растворится в аплодисментах.– Она не растворяется, – возражает Тея. – Она вечна.»

Вот что происходит, когда начинаешь рассказывать свою историю. Ты становишься неудобным - для себя и окружающих.

Если я чему и научилась за последние восемнадцать лет, так это тому, что есть лишь две вещи, на которые можно положиться: ты сама и гроссбух.

– Все может измениться, – пожимает плечами Тея, поворачиваясь к Якобу. – Это девиз нашей семьи.

Ни один ребёнок не может быть в безопасности с момента своего рождения.