Первая кудесница Империи

- Как вы себя чувствуете? - участливо спросил мужчина. Но в холодной синеве его глаз читались скорее расчёт и осторожность, чем забота.

- Где я? - выдохнула я и, решив сыграть роль бедной девицы, добавила побольше растерянности в голос.

- Вы находитесь в моём личном кабинете, Полина Константиновна. Меня зовут Димитрий Львович Шувалов, генерал-инспектор. В данный момент я курирую особый отдел, занимающийся необъяснимыми явлениями, произнёс он коротко и чётко, хотя и предельно сухо. Но давайте сразу к делу, пока ваш папенька всеми силами не добрался до Его Императорского Величества и не попытался вас освободить.

Панический ком, сжавший горло, провалился куда-то вглубь, словно в желудок. Папенька? Господи, в какую же передрягу я вляпалась! Я судорожно кивнула, и в ту же секунду внутри всё заполыхало жгучим любопытством что же на самом деле произошло?

- Полина Константиновна, как вы оказались на месте взрыва? И откуда знали о второй бомбе? - голос резко сменил тон, стал деловым, жёстким, почти ледяным.

— Я больше не могу… — сорвалось с моих губ.

Я оставалась единственной светлой в комнате и самой желанной добычей для нечисти.

И тут Алексей Николаевич сделал нечто, от чего мы все онемели. На миг исчезнув из виду, он оказался рядом со мной и быстро прошептал:

— Я отвлеку его, а ты, дочка, береги силы. Дождись генерала.

Он мягко отодвинул меня в сторону, шагнул вперёд… и внезапно поцеловал девушку. Все потеряли дар речи, даже темный.

Алексей Николаевич и вправду отвлёк Полуночника — всё получилось так нелепо и неожиданно, что даже сущность замерла в растерянности. Никто ещё не смел проявлять к нему такие чувства.

Мы застыли, не находя слов.

Первой пришла в себя Аннушка:

— Так наш Алексей Николаевич умеет не только обувь делать невидимой, но и сам исчезать, когда нужно?

Она тяжело вздохнула:

— Вот бы мне такую силу…

Спокойный голос генерала прозвучал сразу за её словами:

— Знаете, думал что меня уже ничто не может удивить, но вы это сделали! Снова…

— Кудесница… — прохрипела сущность. — Мы ждали тебя… Ты должна быть нашей.

Слова тянулись, как липкая паутина, обволакивая и лишая воли.

— Я не принадлежу никому, Полуночник. Но скажи: кто ты и зачем я вам? Почему я чувствую тебя так остро? — я напряглась, удерживая равновесие.

Мир вдруг качнулся, и меня пошатнуло. Присутствие Полуночника ощущалось почти физически — пугающе близкое, словно родное. Но рядом с ним моя человеческая суть таяла. Его сила не пугала, а опьяняла, пробуждая опасный восторг.

— Ты выбрала не ту сторону, Кудесница… — протянул он, уходя от ответа.

Теперь я слышала лишь одно — его предвкушение. Меня заманили. И я пришла.

За всех нас ответил императору Василий:
— Мы лишь исполняем свой долг, Ваше Императорское Величество. Уверен, любой на нашем месте поступил бы так же. Мы признательны за то, что наши способности не были осуждены, а, напротив, нашли благородное применение.
Мы дружно кивнули.
— Да, да… всё это прекрасно! Но благодарить нужно не меня, — император благодушно усмехнулся. — Есть один безумец, который однажды оказался на краю и был готов шагнуть туда снова — лишь бы спасти других. Для Дмитрия никогда не существовало границ между простолюдинами и дворянами, а после встречи с Полиной Константиновной он и вовсе изменился до неузнаваемости. Не так ли, мой друг?
Генерал не произнёс ни слова — лишь тревожно посмотрел на меня и дёрнулся, уловив чужое присутствие.