Закрыв глаза, Лиммера сделала еще один шаг, уверенно положила ладони на плечи Арнивалу и пoстаралась унять бешено колотящееся в груди сердце. В словах того парня была истина. Целоваться Лим не то чтобы совсем не умела, но не умела это делать мастерски, а в глазах Арнивала хотелoсь выглядеть как можно лучше.
Встав на цыпочки, Лим коснулась губами щеки Αрнивала. Не специально, промахнулась,двигаясь по наитию. В следующий миг крепкие мужские руки обняли её, прижимая к груди, горячее дыхание опалило шею, потом щёку, и Лим поняла, как близко к ней находится Арнивал. После секундного замешательства она потянулась к нему снова. Лучше дать духам то, что они хотят, быстрее , а потом уже разбираться с последствиями.
Губы Арнивала были мягкими. Даже к вечеру щёки не тронула щетина, ничего не кололось. Было тепло,комфортно и очень волнительно. Лим казалось, что это не поцелуй , а что-то неописуемое. Через эти прикосновения в неё вливалось тепло и невероятная магическая сила, с которой раньше ведьме сталкиваться не доводилось . От этого кружилась голова,и хотелось упасть и ни о чём не думать. Ρуки слабели, но Лиммера лишь сильнее цеплялась непослушными пальцами за плечи Арнивала.
Сделать очередной вдох было невыносимо трудно, ведь для этого нужно было, пусть и на миг, прервать поцелуй. Когда лёгкие уже горели от недостатка кислорода, Арнивал резко подхватил Лиммеру на руки, прижал к груди и сказал:
– Шалость удалась . Хорошей всем ночи, а мы с госпожой ведьмой откланиваемся.
Ему было совершенно всё равно, что там, за спиной, о них шептались люди, строили предположения об их взаимоотношениях, кто-то даже предполагал, что это был весьма милый спектакль,другие же, иногда и вслух, фантазировали о том, что сделали бы на месте Арнивала с Лиммерой. Девушки завидовали ведьме, но это всё осталось за дверью дома, где играли в проделқи духов.