Цитаты из книги Письма. Документы. Воспоминания

Я много читаю и мне в конце концов делается жутко от разнообразия толкований жизни и взглядов на нее!

Вообще не надо очень розово представлять себе перспективу обучения живописи. Живой пример - я.Сколько усилий, трудов, горя, пока выбился на дорогу.

Не знаю, почему, но мне часто вспоминается Панин луг. Не признак ли это наступающей старости, ибо молодость не возвращается к прошлому, и ей кажется, что вся жизнь впереди, а для нас - фу, жутко!

Бродил на днях по горам; скалы совершенно сглажены ледниковым периодом, - значит, многими веками, тысячелетиями, и поневоле я задумался над этим. Века, смысл этого слова ведь просто трагичен; века - это есть нечто, в котором потонули миллиарды людей, и потонут еще, и еще, и без конца; какой ужас, какое горе! Мысль эта старая, и боязнь эта старая, но тем не менее у меня трещит череп от нее! Тщетность, ненужность всего очевидна!

Я окончательно пришел к убеждению, что впечатления извне ничего не дадут мне, - начало моих страданий во мне самом, и что поездка куда бы то ни было есть бежанье [от] самого себя!

С. 225: "Летом Левитан мог лежать на траве целый день и смотреть в высь неба. "Как странно все это и страшно, - говорил он мне, - и как хорошо небо, и никто не смотрит. Какая тайна мира - земля и небо. Нет конца, никто никогда не поймет этой тайны, как не поймут и смерть. А искусство - в нем есть что-то небесное - музыка".

(К. А. Коровин)

С. 150: "Поступив в школу, младший Левитан сильно пристрастился к рисованию, по целым часам не отрывался от рисунков и мало-помалу начал оказывать большие успехи".

(С. Шпицер)

С.149: "Женившись, отец Левитана через два года окончил раввинское училище, а затем, пристрастившись к французскому и немецкому языкам, основательно изучил их".

(С. Шпицер)