— Знаешь, что? — рычу я. — Да каждый волк в стае Микаэля спал и видел, чтобы я выбрала его в качестве мужа.
— Конечно. Чтобы забраться к тебе в постель.
— Я была беременна, — возмущенно выдыхаю. Какая, к бесам, постель? Я же была круглая как шар, и вообще, даже мне, как волчице, понадобится пару месяцев, чтобы восстановить форму.
Но, кажется, Рамон этого не видел. Или не понимал.
— Это не отменяет твоей сексуальности, твоих взглядов, как у трепетной лани.
— Лани?!
Нет слов!
— Твоего роскошного тела, в конце концов.
Хотя вру, слова есть.
— То есть ты только сейчас заметил то, что остальные давно знали?
— Я-то сразу заметил: после той ночи и появилась наша дочь. Просто не говорил тебе. Много чего не успел сказать, — последнюю фразу он добавляет устало, если не сказать с тоской в голосе.