Цитаты из книги Charlotte Löwensköld

Это ужасный грех — убивать любовь,

Если не знаешь, каким путем идти, то лучше постоять на месте и обождать,

Она чувствовала непреодолимую потребность жертвовать собою ради счастья других.

Правду говорят, что все легче терпится, если знаешь, что дело решено и ничего переменить нельзя.

Ах, никакие самые изысканные яства на свете не могут доставить человеку большего наслаждения, чем те, которые он предвкушает в мечтах.

Законы гостеприимства должны соблюдаться, даже если под твоей крышей находится злейший враг.

Когда вам предстоит пройти через что-то очень трудное, то хорошо, если можно сказать себе: «Это необходимо. Я знаю, отчего поступаю так. Иного выхода нет». И мучительное беспокойство отступает перед твердой убежденностью в том, что вам остается лишь покориться обстоятельствам.

Его любовь была точно обломанная ветка, которую никакая сила в мире не могла бы заставить снова прирасти к дереву и зазеленеть.

Она олицетворяла в его глазах мирские радости и соблазны, которых ему надлежало остерегаться.

В действительности желания не имеют силы ни в настоящем, ни в будущем.

Как горько, господин заводчик, что те, кого мы любим, не могут ответить нам такой же любовью.

Никакие самые изысканны яства не могут доставить человеку большего наслаждения, чем те, которые он предвкушает в мечтах.

Что могут значить человеческие желания? Если женщина и пальцем не пошевельнет, чтобы сблизиться с тем, по ком тоскует, а только втайне желает этого. толку от этого не будет. Если женщина сознает, что она ничтожна, безобразна и бедна, и понимает, что тот, кого ей хотелось бы завоевать, никогда о ней и не вспоминает, то она может тешить себя желаниями сколько душе угодно.

Как горько, господин Шагерстрём, — очень мягко сказала она, — что те, кого мы любим, не могут ответить нам такой же любовью.

Уж таковы люди, господин заводчик. Они не дерзнут оскорблять тех, кого ожидают богатство и власть.

Разве это не прекрасно — никогда не щадить себя и быть неутомимой труженицей вплоть до глубокой старости? Разве это не прекрасно — без устали наводить в доме чистоту и порядок и не желать от жизни ничего иного, кроме возможности трудиться?

В порыве вдохновения он сумел возвратить притче ее первозданную красоту и глубину. Так бывает, когда мы, стерев вековую пыль со старинной картины, оказываемся перед истинным шедевром.

...что даже самая сильная любовь может оказаться неудачной и привести к роковым ошибкам. Лучше руководствоваться разумом.

Ибо если бы желания имели силу, все на свете было бы по-иному. Ведь чего только не желают люди! Как много хорошего желают они себе! Сколько людей желают избавить себя от грехов и болезней! Сколько людей желают избежать смерти!Нет, она знает наверняка, что желать никому не возбраняется, потому что желания не имеют никакой силы.