Цитаты из книги Buch der Lieder

Они любили друг друга так долго и нежно, С тоской глубокой и страстью безумно-мятежной! Но, как враги, избегали признанья и встречи, И были пусты и хладны их краткие речи.

Они расстались в безмолвном и гордом страданье И милый образ во сне лишь порою видали. И смерть пришла: наступило за гробом свиданье... Но в мире новом друг друга они не узнали.

Удача — резвая плутовка: Нигде подолгу не сидит, — Тебя потреплет по головке И, быстро чмокнув, прочь спешит.

Несчастье — дама много строже: Тебя к груди, любя, прижмет, Усядется к тебе на ложе И не спеша вязать начнет.

"ЛАМЕНТАЦИИ"

XXXIII

Sie liebten sich beide, doch keiner Wollt es dem andern gestehn; Sie sahen sich an so feindlich, Und wollten vor Liebe vergehn.

Sie trennten sich endlich und sahn sich Nur noch zuweilen im Traum; Sie waren laengst gestorben, Und wussten es selber kaum.

Да, ты несчастлива, - и весь мой гнев утих. Моя любовь, несчастны оба мы с тобой! Пока не разобьет нам смерть сердец больных, Моя любовь, несчастны оба мы с тобой.

Насмешка с губ твоих не сходит, вижу я, - И вижу, как горит твой дерзкий, смелый взгляд. И вижу, гордо грудь вздымается твоя – И все ж несчастна ты со мною зауряд.

Невидимая скорбь в насмешке той сквозит – Затмился свет очей непрошенной слезой, И язвы скрытые грудь гордая таит – Моя любовь, несчастны оба мы с тобой!

Когда я про горе свое говорил, То каждый зевал да молчанье хранил, Когда же в стихи я его нарядил, То много великих похвал получил.

Они меня истерзали И сделали смерти бледней, — Одни своею любовью, Другие враждою своей. Они мне мой хлеб отравили, Давали мне яду с водой, — Одни своею любовью, Другие своею враждой. Но та, от которой всех больше Душа и доселе больна, Мне зла никогда не желала, И меня не любила она.

Трудно жить мечтой о прошлом, Быть счастливым тем, что было.

Вообще душа бессмертна, А уж вечность не подводит: Время есть - ищи, и только, А кто ищет, тот находит.

Мы нежно любили друг друга тогда И жили при этом мы очень согласно, И в «мужа с женою» играли всегда, Однако не дрались, не грызлись напрасно.

Мы шуткам и смеху душой отдавались, И долго и страстно порой целовались.

Но как-то однажды мы с нею вдвоем Затеяли «прятки» средь леса большого – И так умудрились мы спрятаться в нем, Что, верно, уж век не сойдемся мы снова.

Без молитвы жить несложно, Без проклятий - невозможно!

Кто имеет много благ, Тем, глядишь, еще дается. Кто лишь малым наделен, Тот с последним расстается.

Всё - как прежде. Глупость та же, Те же люди с постной миной. Всюду ханженство на страже С той же спесью петушиной.

Как в зимний вечер усталый путник Жаждет горячей, радушной чашки чая, Так жаждет сердце мое тебя, Немецкая родина! Пусть вечно твоя благодатная почва Рождает гусаров, плохие стихи, Глупцов и скудоумные книжки;

О гроб, ты рай для тех ушей, Которые толпы боятся. Смерть хороша, — всего ж милей, Когда б и вовсе не рождаться.

От милых губ отпрянуть, оторваться От милых рук, обнявших с жаркой лаской. О, если б на единый день остаться! Но кучер подоспел с своей коляской.

Вот жизнь, дитя! Терзанья то и дело, Разлуку то и дело жизнь готовит! Зачем же сердцем ты не завладела? Зачем твой взор меня не остановит?

Не тоскуй, не плачь, о, сердце, Смело глянь в глаза судьбе: Всё, что зимний холод сгубит, Новый Май отдаст тебе! И как мир ещё заманчив! Сколько дивных в нём красот! Всё твоё, что ты полюбишь, Для тебя весь мир цветёт!

Скучно мне! И взор кидаю Я на прошлое с тоской; Лучше мир был! И дружнее Жили люди меж собой…

А теперь… несносно, вяло, Словно вымер целый свет. В небесах не стало Бога, Но и чёрта больше нет.

Всё так мрачно… отовсюду Веет холодом могил; И не будь любви немножко, Право, жить не стало б сил!..

Они любили друг друга, Но каждый упорно молчал: Смотрели врагами, но каждый В томленьи любви изнывал.

Они расстались — и только Встречались в виденьи ночном. Давно они умерли оба — И сами не знали о том.

Неужели ты ни разу Ей в любви не объяснился И в глазах её взаимность Прочитать не потрудился?

В душу ей до дна проникнуть Неужель не стало силы? Но ведь ты в делах подобных Не осёл же, друг мой милый?

В тоске перед твоим портретом Стою с поникшей головой, И мнится мне, что милый образ Вдруг оживает предо мной.

Уже трепещет смех волшебный На нежных, любящих устах И слёзы грустные сияют В лучистых, ласковых глазах.

И я стою, и плачу горько, Страдая вновь и вновь любя, И не могу никак поверить, Что потерял навек тебя.