Отзывы о книге Доторк

Будучи почитательницей Киза, я была рада увидеть его новую книгу в магазине и все гадала, какую же красивую идею автор на этот раз взял за основу. По итогу... Книга оставила о себе смешанное впечатление. Я не могу сказать, что это было плохо, но перечитывать ее точно не тянет. Она пропитана мрачностью, словно Киз каждой строчкой старается показать очевидное несовершенство мира. Другие книги Дэниэла тоже не отличаются оптимизмом, но обычно они построены иначе. Все плохо изначально и заканчивается плохо, а в середине мелькает какой-то свет надежды. Здесь же можно наблюдать, как изначально не такая уж и плохая жизнь, описываемая автором, скатывается в жесть. И беды, переживаемые героями, настолько каррикатурно тяжкие, что читать порой практически невыносимо, но героям все равно не хочется сочувствовать. Киз выставляет жизнь и людей слишком отвратительными. Здесь есть кульминация и интрига, хотя они довольно смазаны, нет какой-то определенности, какая мысль для автора основная. Зато финал, на мой взгляд, вышел проникновенным. В особенности, самые последние строки. Я думаю, эту книгу нельзя оценивать как литературное произведение. Она больше похожа на манифест или лозунги какой-либо благотворительной организации. В ней выражено негодование автора, и сила этого негодования портит ее. Точка зрения Киза очевидна и весь сюжет словно построен только для того, чтобы растолковать читателю глубину проблемы радиоактивного заражения и заставить проникнуться ею.

«Человек - это радиоактивный изотоп с нестабильным периодом полураспада, мало-помалу разлагающийся с каждым мгновением, с каждым днём.»

Киз у нас известен прежде всего по романам «Цветы для Элджернона» и «Множественные миры Билли Миллигана», тем более интересно было познакомиться с другой гранью творчества этого писателя.

Роман (вернее, его последняя редакция 2003 г.) начинается с предисловия автора, где он перечисляет разного рода инциденты с радиоактивными веществами. Конечно, сразу возникает опасение, что мы имеем дело с остросоциальным левацким произведением в стиле Греты Тунберг, однако, слава Богу, это не так.

1968 год, окрестности Детройта. Того Детройта, который тогда процветал как центр автопромышленности, а не теперешних руин. Здесь живет семейная пара, Барни и Карен. Барни - скульптор, относительно успешный, трудящийся над произведением всей своей жизни - скульптурой Венеры, буквально одержимый им. Мне здесь почему-то вспомнился персонаж Папанова из «Приходите завтра», по крайней мере, эмоции, переживаемые Барни, такие же сильные, от отчаяния до маниакальной увлеченности: «Какая же это мука, когда понимаешь, что не в силах закончить вещь, которой отдал всего себя.»

История брака наших героев весьма своеобразна - в студенческие годы Барни был буквально одержим сестрой Карен Майрой, такой революционеркой-активисткой. Но, к радости Карен, Майра сбежала с каким-то сомнительным типом, и теперь ее счастью уже ничего не мешает. Барни и Карен очень хотят ребенка, Карен даже покупает «часы фертильности», которые показывают наиболее благоприятные для зачатия дни и часы - с тикания этих часов действие и начинается. И вроде бы усилия супругов вот-вот должны увенчаться успехом.

Понятно, что скульптурой много не заработаешь, поэтому Барни работает на автомобильный концерн«Нэшнл-Моторс» (этакий собирательный образ монструозной корпорации), проектируя, буквально вылепляя формы для кузовов новых моделей. Барни и его сосед Макс Паргер возят друг друга на работу по очереди - такой вот карпулинг (не путать с каршерингом). Макс трудится в лаборатории, которая работает с радиоактивными материалами, и однажды случается инцидент - происходит утечка изотопов цезия, Макс заражен, более того, он переносит на себе радиоактивную пыль, которая, в свою очередь, попадает на Барни, а от него - в дом и на Карен.

Концерн быстренько организует дезактивацию, но у Барни и Карен уже начинаются симптомы лучевой болезни - волдыри на коже, тошнота и прочие «прелести». Естественно, Барни отстраняют от работы, а тем временем выясняется, что Карен таки беременна. И что же теперь будет? Начинаются тяжбы с компанией, которая, понятное дело, не горит желанием выплачивать нормальную компенсацию. А тем временем обстановка в доме становится все более невыносимой: вынужденное безделье Барни, тревога Карен за судьбу будущего ребенка (родится ли? а ну как родится с уродством?), тут еще Барни накрывает творческий кризис: «Творческий кризис - это когда талант побеждает человека.» Венера отставляется в сторону, Барни создает жутковатую скульптурную группу человеческих эмбрионов под названием «Жертвы».

Вдруг неожиданно появляется Майра под девизом «я же должна помочь сестре». Параллельно она знакомит Барни со своими новыми соратниками - сектой «Братство мучеников», возведшей страдание в культ: страдали, дескать, все, от ранних христиан и касты неприкасаемых в Индии до узников концлагерей. Барни всеми силами пытается не поддаться на попытки сектантов вовлечь его в свои сети.

И здесь возникает ситуация, которая, на мой взгляд, отражает лейтмотив книги: Барни и Карен становятся изгоями, жители города не просто сторонятся их, им угрожают, бьют окна, всячески подчеркивая их статус как отщепенцев, как будто прокаженных. Это затрагивает всех, включая даже полицейское начальство. При этом никто ведь даже толком не понимает, что такое радиация, опасны Барни и Карен или нет. Неважно - объект для массовой травли найден, вперед! «Народные массы объединяет и смущает не любовь или секс, не сила или страх, а общий враг. Группы, ненавидящие вместе, и держатся вместе.» Знакомо, не правда ли? Другая тема - тема жертвы, не случайно именно так называется новое произведение Барни. Честно говоря, никто из героев книги особой симпатии не вызывает: ни психопат Барни с присущей всем творческим людям истеричностью, ни «тихоня» Карен, манипулирующая мужем, ни уж тем более жители городка или манагеры «Нэшнл-Моторс». Например, Карен думает, что «она мешает ему творить, и корит себя за это» - неважно, что это неправда, главное - почувствовать себя жертвой. «Каждый из нас становится жертвой, как только делает жертвой другого. Каждый из нас служит инструментом, чтобы причинять боль другому и себе самому». Увы, так оно и есть, и, надо отдать должное автору, описывает он это блестяще.

Ах, да, тема борьбы с всемогущими корпорациями. Да, об этом уже столько говорено-переговорено, отношения Барни с концерном идут по предсказуемому сценарию, когда каждая корпоративная крыса, с одной стороны, хочет прикрыть свою задницу, а с другой - выгадать себе карьерную или финансовую выгоду. Барни не помогает даже то, что его тесть - один из директоров корпорации, тестю дороже собственное место, чем судьба зятя и даже дочки.

Вот такая не очень веселая история. Киз - блестящий рассказчик, поэтому читается книга с неослабевающим интересом. Так что, если такого рода драматичные истории вам по вкусу - добро пожаловать в Элджин, штат Мичиган, что неподалеку от Детройта.

Любимая цитата: «Мы не испытываем ненависти к народам или нациям потому, что они олицетворяют зло. Мы называем и считаем их злом, потому что нам нужно кого-то ненавидеть.»

Это не тот Киз, которого вы знали по «Цветам для Элджернона» и по «Таинственной истории Билли Миллигана». «Прикосновение» стоит особняком среди написанного американским писателем. Причём настолько, что местами это даже заставляет усомниться в его авторстве. Неправильно было бы сказать, что роман лучше или хуже других работ Киза. Просто он иной. И всё тут. Иная тематика, иной стиль повествования. Даже до мельчайших чёрточек переданные характеры героев и их психологическое состояние – иные. Как будто, подобно одному из героев другой своей книги, сам писатель пережил в период написания этой истории расщепление личности. И та другая его личность, воспользовавшись моментом, настрочила роман о семье, так не вовремя попавшей под влияние радиации. Хотя грешно говорить, что подобное заражение может быть ко времени. Писателю блестяще удалось построить книгу на боли, вине (от слова «вина»), страхе и обиде. Семья Старков, микроклимат в которой и без того довольно напряжённый, попадает под обстрел непредвиденных жизненных обстоятельств. Муж привозит домой заразу в виде радиоактивной пыли, и оба супруга оказываются в плену у медленно убивающей их болезни. Постепенно начинает разваливаться всё, как внутри, так и снаружи. Их собственные отношения дают ещё большую трещину. Жители городка, соседи и даже родители готовы поднять Старков на вилы за то, что те разнесли и разносят радиацию повсюду. Напряжение не спадает ни на мгновение. Но самый волнующий вопрос – что будет с ребёнком героини, который, ещё не появившись на свет, обречён в любом случае? Стоит ли ему появляться на свет? Есть ли здесь вообще правильный выбор? Думаю, противоречивость всего полотна, выстроенного Кизом в роман, и есть та изюминка, ради которой стоит взяться за его чтение.