SUNSET

— Затем, что они сумасшедшие, — с раздражением рявкнул Дым. — Все Двуногие сумасшедшие, это и ежу понятно!

— Главное — не кровь, а преданность. Рождение было давно — преданность существует сейчас. Ее нужно доказывать каждый день: каждым куском добычи, принесенной в племя, каждой отметиной когтей на шкурах наших врагов, каждым патрулем, каждой тренировкой. (Огнезвезд)

Ему было просто необходимо хоть с кем-нибудь поделиться своим счастьем: если бы какая-нибудь зазевавшаяся мышь выскочила сейчас на тропинку, Ежевика и ей непременно представился бы глашатаем Грозового племени.

— Коршун не такой, — возразил он и растерянно замолчал, встретив насмешливый взгляд Рыжинки.
— Вот как? А ты не хочешь мне рассказать, что ежи по небу летают? — сухо поинтересовалась сестра.

Ни единый лучик лунного света не пробивался сквозь густой занавес из ежевики, внутри царила настоящая пещерная тьма. В густом мраке угадывалось тело Пепелицы на мягкой подстилке изо мха. Она лежала, уткнувшись носом в хвост, и казалась спящей.
Ежевика, словно во сне, шагнул к целительнице.
— Пепелица?
На какую-то долю мгновения он почти поверил в то, что Пепелица сейчас поднимет голову и отзовется, но, коснувшись носом ее шерсти, он почувствовал лишь холод смерти.

Ни единый лучик лунного света не пробивался сквозь густой занавес из ежевики, внутри царила настоящая пещерная тьма. В густом мраке угадывалось тело Пепелицы на мягкой подстилке изо мха. Она лежала, уткнувшись носом в хвост, и казалась спящей.
Ежевика, словно во сне, шагнул к целительнице.
— Пепелица?
На какую-то долю мгновения он почти поверил в то, что Пепелица сейчас поднимет голову и отзовется, но, коснувшись носом ее шерсти, он почувствовал лишь холод смерти.

мне не нужны глаза, чтобы рвать барсуков! я найду их по смраду!

- Подвинься, пожалуйста. Развалился тут, как барсук!

• Барсук? Где барсук?- Взвился Белохвост, распахивая глаза.