Цитаты из книги Drowned Ammet

Он ослеп от ужаса, словно убежал от самого себя, и внутри его головы осталась одна пустота.

Граф ценил внучек. Ему не особенно нравились девочки, но внучки ему были нужны, потому что он был человеком крайне вздорным. Внучек можно выдавать замуж за графов и лордов, и тогда в спорах те будут поддерживать графа...

Море было рядом, невидимое, но ощутимое, оно бесконечно поднималось и опускалось. Небо казалось гигантской пустой чашей темно-синего цвета, расписанной звездами, а земля превратилась в далекое нечто, которое слабо угадывалось где-то справа. Шум парусов, шипение и плеск волн только подчеркивали, как мала и одинока «Дорога ветров». Йинен вдруг очень остро ощутил, что у них под килем—бездна.

Митт очень скоро понял, что ошибаться в море нельзя.

...он посмотрел на Хильди — и понял: с девочкой сейчас происходило то, что с ним самим произошло в Холанде. Только он себе в этом не признался. Все, что он считал Миттом — бесстрашным пареньком, вольной птахой, трезвомыслящим борцом за свободу, — развалилось там на куски, точно так же, как это делал Канден в его снах или Старина Аммет в гавани. Осталось только то, что было настоящим. И это напугало его до смерти.

— У нас есть штормовой парус! — крикнул ему Йинен.

Митт покачал головой: он понимал, как много времени займет у двух мальчишек уборка такого большого и намокшего паруса и постановка другого.

— Нас поймает с голым задом. Может, мы уже попались. У нее ужасно высокая посадка. Подвязывай. Живее!

Они вязали холодные и мокрые рифовые узлы до боли в пальцах.

Йинен судорожно сглотнул.

— Будет плохо? — крикнул он. Митт не пытался его обмануть.

— Еще как! — заорал он в ответ.

Но он был рад, что не имеет возможности объяснить Йинену, что такие осенние штормы порой длятся несколько суток. Митт понимал, что они утонут уже в первый день.

— Меня топчут ногами, и если я не смогу хоть чем-то поддержать свой дух, то просто пропаду, непременно пропаду.

Может, и так, но если сына не было дома, а то, что Мильда «случайно заметила», стоило больше её заработка, то она не задумываясь брала и кровные деньги Митта. Ему пришлось прятать свой заработок, иначе они голодали бы. Его ужасно угнетала эта ответственность.

Как-то вечером он вернулся домой совершенно без сил и обнаружил, что Мильда купила целый бочонок устриц.