Цитаты из книги В открытое небо

Нужно совсем лишиться рассудка, чтоб думать, что в войне есть что-то эпическое!

Арифметика для измерения страданий непригодна. Нужно спасать каждого человека - по отдельности. Каждый человек - уникальное сознание, вселенная. Каждый индивид - целая империя!

Воспоминание, неподвластное износу повседневности, избавленное от ежедневных проблем и мелких неудач, останется нетронутым и даже идеализированным

Война - аномалия. Люди убивают друг друга даже в самые ослепительные дни

Порой на крылья фантазии он устремляется к небесам. Но случается и так, что пригибается к земле под грузом ответственности - он сочиняет что-нибудь, он пишет собственную судьбу.

Худшее, что может случиться с тобой в Париже — оказаться заурядным.

И думает, что не совсем хорошо понимает планету, на которой никому не кажется странным, что двое незнакомых людей на улице дерутся, но многие будут возмущены до глубины души, если увидят, как два незнакомца обнимаются

Все в его жизни - спичка: на мгновение вспыхнет и погаснет. Оставив только струйку чёрного дыма.

Поэзия, быть может, способна отразить мгновение, зато проза его создаёт.

- Обман лучше, чем правда?
- Он человечнее. Правда - то, что нам не дано изменить. Правда - это смерть! Мы все умрём, воспрепятствовать этому ничего не может, нам это навязано. А с обманом всё не так - его мы можем творить под себя, по своей мерке.

Провалиться - глагол, спрягать который он не умеет.

Лекарь, прописывающий коньяк? Хотел бы я оказаться его пациентом.

У молодых вся жизнь впереди, зачем ее гробить? На войну следовало бы отправлять исключительно стариков.

Не доверяет он военным, которые рвутся в политику. Такие превращают нации в казармы.

Пожелай Господь, чтобы французы оставались тощими, не появились бы круассаны!

Высшее командование полагает, что его долг – заботиться о настроении своих солдат. Жизнь солдат заботит командование значительно меньше. Оно согласно на то, что солдат потеряет ногу, что он получит контузию и оглохнет от близкого разрыва снаряда или же вообще погибнет; но при этом совершенно невозможно допустить, что его боевой дух ослабнет.

Наступил апрель (1940), и зло проснулось. Нацисты настолько расчетливы, что дали пройти зиме и позволили французам расслабиться: после недель и недель бездействия дисциплина во французской армии ослабла. То, что выглядело затишьем, на самом деле было месяцами лихорадочной работы на германских заводах. Когда их военная машина покатит в направлении Франции, барьеры на ее пути будут падать один за другим, как костяшки домино. Война – игра жестоких детей.

Дора тушит сигарету в пепельнице, хоть она выкурена всего наполовину. Сдавливает ее так, что она складывается гармошкой, и встает со стула.

– Сент-Экзюпери, вашу точку зрения я не разделяю. Думаю, что я даже ее не понимаю. Но вот что я вам скажу: я ее уважаю.

Это один из наиболее известных ресторанов города, однако занято в нем всего четыре столика. Париж сейчас город, что хмуро повесил голову.