дождь льет и на правых, и на виноватых, любовь моя.

Материнство – это не только вынашивание детей. Это я тоже усвоила за долгие годы работы повитухой. Если в процессе родов каждая женщина и становится новичком, то в процессе беременности она превращается в ребенка.

у некоторых мужчин мысль летит прямо, как стрела, сорвавшаяся с тетевы. они сразу пускают в ход логику, хватаются за простой вывод, их разуму не свойственно прихотливое течение

— Я слишком долго живу, чтобы быть в чем-либо уверенной

Сыновей иметь приятно потому, что они просто обожают своих матерей. А потом вдруг внезапно перестают. Они осознают: «Я не такой, как ты. Мы разные». И вот твой мальчик, когда-то маленький и милый, начинает долгий трудный процесс отделения, пока наконец не разрывает шов, соединяющий его с матерью. Но на месте шва остаются дыры.

А потом я смеюсь. Если б два десятка лет назад, когда я тонула в бесконечных делах и маленьких детях, мне кто-нибудь сказал, что придет день и я буду сидеть в тихом теплом доме, пока снаружи падает снег, и жаловаться на одиночество, – влепила бы оплеуху. До подобного будущего казалось далеко, как до Константинополя.

Память коварная штука, она часто искажает и перекручивает факты. А вот бумага и чернила принимают правду без эмоций и беспристрастно возвращают ее обратно.

Большинству людей кажется, что для того, чтобы роды закончились плохо, должно случиться что-то конкретное. Ягодичное предлежание. Кровотечение. Инфекция. Я сталкивалась со всеми этими проблемами, и не только с ними, но часто именно усталость оказывается той самой смертельной угрозой, из-за которой женщину понемногу покидает жизнь. На свете ничто так не изматывает, как роды, а если женщина поддастся усталости, снова привести ее в чувство очень сложно.

В последние годы я стала замечать, что все время издаю звуки. Встаю со стоном, сажусь с кряхтением. Иногда мне кажется, что я шагу не могу ступить, чтобы какая-то часть меня не заскрипела или не затрещала, и именно эти звуки гораздо сильнее, чем седина и морщины у глаз, заставляют почувствовать, что средний возраст подходит к концу.

Я в жизни видела порядочно мертвецов, но не сказала бы, что их изучение представляет для меня интерес. Необходимость — да, иногда иначе никак, но удовольствия я от этого никогда не получала.

— Агнец кроток, лев отважен, помни — Богу каждый важен.

Он смотрел на меня так, будто я могла разбиться на кусочки. Он смотрел на меня так, будто готов был собрать осколки, если б я разбилась. Будто сложил бы их
вместе своими собственными кровоточащими пальцами.

Никто тебе не поверит. Так говорит каждый мужчина, который когда-либо использовал женщину таким образом. К сожалению, часто они правы.

Между запахом и памятью существует связь. Ничто не вызывает воспоминания так, как запах.

Когда война заканчивается, люди перестают обсуждать, чего им стоило эта война. […] Историю пишут выжившие. Не погибшие.

Очень скучное обвинение, от которого я давно устала. Ведьмовство. Будто нет никакого другого объяснения тому, что женщина хорошо делает свою работу

С мужчинами и смертью всегда так – либо они её причиняют, либо боятся её

Слушать – это навык, которому учишься постепенно

Я давно уже поняла, что если мужчина не хочет говорить, то и не будет.