Цитаты из книги Portretul lui Dorian Gray

и любовь и искусство - только формы подражания

Стать зрителем своей жизни, как говорит Гарри, значит избежать земных страданий.

– Я завидую всему, чья красота не умрет! Я завидую портрету, который ты с меня написал! Почему он сохранит то, что я утрачу? Каждый миг крадет у меня и отдает ему. О, вот бы только могло быть наоборот! Пусть бы менялся портрет, а я всегда оставался таким, как сейчас! Зачем ты его написал? Однажды он начнет надо мной глумиться – глумиться пострашному!

До чего грустно! Я состарюсь, сделаюсь уродливым и страшным. А картина навсегда останется юной.

– Знаю, ты будешь надо мной смеяться, – ответил Бэзил, – но я и правда не могу ее выставлять. Я вложил в эту картину слишком много себя самого.

Мне бы и в голову не пришло так с тобой разговаривать, не будь я твоим другом. Что проку в дружбе, если нельзя сказать все, что думаешь? Болтать разные приятности, льстить и поддакивать может всякий, но истинный друг говорит только самое неприятное и никогда не постоит за тем, чтобы доставить тебе огорчение.

Но молодость улыбается без всякого повода — это одна из её главных прелестей.

Единственная несерьезная вещь на свете — это серьезные неприятности.

‌Женщины лучше приспособлены к горю, чем мужчины.

‌Секрет вечной молодости в том, чтобы не позволять эмоциям владеть собой.

Любовь еще более удивительна, чем искусство.

Ради того, чтобы вернуть юность, я готов на все, что угодно, кроме как рано вставать, делать зарядку и вести добропорядочный образ жизни.

Життя занадто коротке, щоб брати на себе відповідальність за чужі помилки. Кожен живе власним життям і самотужки платить ціну за нього. Шкода, щоправда, що іноді доводиться все життя платити за єдину помилку. Скільки боргів не віддавай долі, їй ніколи не буде досить.

Варто тобі лише хоч чогось досягнути чи проявити свій розум чи талант, як одразу ж здійметься ураган пліток.

словно ледяная рука легла ему на сердце

может статься, мы никогда не поженимся. Судя по выражению маминого лица, этому ни за что не бывать. Теперь родители вовсе не считаются с тем, что говорят им дети. Былое уважение к молодым стремительно отмирает. Какое-либо влияние на маму я утратила еще в трехлетнем возрасте. Но даже в том случае, если она помешает нам стать мужем и женой и мне придется выйти за другого, а потом выходить еще много раз, — ничто не сможет погасить моей к вам вечной любви!

Потерю одного из родителей еще можно рассматривать как трагедию, но потеря обоих, мистер Уординг, — это уже небрежность. Кем был ваш отец? Судя по всему, человеком со средствами. Принадлежал ли он, пользуясь языком радикальных газет, к сливкам торгового мира или же происходил из аристократической семьи?

Леди Брэкнелл. Леди Блоксем? Не знаю такой. Джек. Она почти не выходит из дому. Ей уже очень много лет. Леди Брэкнелл. В наше время это еще не гарантия благопристойного поведения.