Попугай Флобера

Ах, это сочетание дешевой жизни и дорогих принципов, религии и бандитизма, поразительного благородства и беспорядочной жестокости.

«Автор в своей книге должен быть как Бог в своей вселенной – вездесущим и невидимым». (Г. Флобер)

Тем не менее невозможно отрицать любовь Флобера к иронии; это одна из самых современных его черт. В Египте он пришел в восторг, узнав, что слово «альме», некогда означавшее «синий чулок», постепенно утратило изначальный смысл и так стали называть шлюх.

Во втором своем письме ко мне он (Флобер) писал: «Я не могу смотреть на колыбель и не видеть могилы, вид обнаженной женщины заставляет меня представлять ее скелет».

Он (Флобер) говорил, что для счастья нужны три вещи: тупость, эгоизм и крепкое здоровье, – а у него из этих трех качеств наверняка имеется только второе.

Флобер сказал: «В литературе не существует добрых намерений». Он также сказал: «Публика жаждет трудов, которые льстят ее иллюзиям».

«Что бы ни произошло, – написал Флобер, когда началась Франко-прусская война, – мы останемся идиотами».

Величайший патриотизм – сказать своей стране правду, если она ведет себя бесчестно, глупо, злобно. Писатель должен принимать все и быть изгоем для всех, только тогда он сможет ясно видеть. Флобер всегда принимает сторону меньшинства, сторону «бедуина, еретика, философа, отшельника, поэта».

Вы хотите что-либо написать в декларации? Да. Я хотел бы внести в таможенную декларацию легкий французский грипп, опасную любовь к Флоберу, детский восторг от французских указателей на дорогах и свою любовь к свету, который я вижу, глядя на север. Должен ли я заплатить пошлину за что-либо из этого? А следовало бы.

Ненаписанные книги? Не стоит о них жалеть. На свете и так слишком много книг.