The Circle

Если отвергать человечество, отвергать все доступные инструменты, всю возможную помощь, непременно случается плохое

Знаешь, как создают мусорную еду? Научно вычисляют, сколько именно жира и соли нужно, чтоб ты продолжала есть. Ты не голодна, пищи тебе не надо, пользы она не приносит, но ты поглощаешь эти пустые калории.

– Привет, народ. Простите, что не смог прийти. Я тут работаю, новые проекты ужасно интересные, но из-за них я не могу присоединиться к замечательной жизни нашего сообщества. Однако я хотел поздравить всех с этим новым поворотом. Феноменально. Я считаю, это важнейший шаг для «Сферы» и он немало поспособствует нашей общей шикарности.

Мэй огляделась, готовая замолчать, если заметит хоть одно скептическое лицо, но увидела только любопытство, медленные коллективные кивки людей, привычных к упреждающему одобрению.

— Ладно врать-то. Я же знаю, как я выгляжу.
228/519

Иди на мужской половой орган

Мэй тут была моложе всех лет на десять, и даже те, кому за тридцать, произошли из другого столетия.

— Я хотел, чтоб ты не парилась из-за своего голоса. И, кажется, обидел всю остальную тебя.

Они разыщут друг друга, уже скоро — ведь в этом мире все могут познать всех, истинно и целиком, без тайн, без стыда, и больше не нужно просить разрешения увидеть или узнать, больше нет эгоистов, что хранят свою жизнь в секрете, — никто не прячет ни единого ее уголка, ни единого мгновения.

У нас тут демократия обязательна!

Но когда все двери открыты, физически и метафорически, остаётся лишь одна-единственная правда.

Но я вот о чём: а если бы мы все вели себя так, будто за нами наблюдают? Мы бы жили нравственнее. Если на человека смотрят, разве он поведет себя неэтично, аморально или противозаконно?

— У меня вопрос, Мэй. Когда за тобой наблюдают, ты ведешь себя лучше или хуже?
— Лучше. Несомненно.
— А когда ты одна, невидима и неподотчетна, — тогда что происходит?
— Ну, к примеру, я ворую каяки.

Если рассеять эту неопределенность - где и кто особым образом коснется тебя вновь, - уничтожишь большинство факторов стресса в этом мире, а может, и волну отчаяния, что уже собиралась в груди.

- Хорошо, попробуем на живых людях. Готова?
Мэй не была готова, но ведь нельзя прямо так и сказать.

• Готова.

Она так и застрянет между работой, которая нужна и любима, и родителями, которым она не в силах помочь.
Но выплакаться приятно - чтобы плечи тряслись, чтоб горячие слёзы по щекам, соль на губах, вытирать сопли изнанкой рубашки

Ей 24, и она никогда таких не встречала. Это ведь доказательство Бога? За свою жизнь она столкнулась с тысячами людей, и среди них столько похожих, столько бесследных. А тут этот человек, новый и чудной, и говорит чудно