Цитаты из книги Lullaby

“Когда начнешь убивать, уже невозможно остановиться, – сказал Бонин одному журналисту. – Убивать с каждым разом все проще и проще...” Вынужден согласиться. Это превращается в дурную привычку.

Все наши мысли – уже чужие.

Трудность любого рассказа: он всегда получается задним числом. Даже “живой” комментарии на радио – круговые пробежки и страйк-ауты – все равно отстает от реальных событий на пару минут. Даже прямые трансляции по телевидению идут с задержкой на две-три секунды.

Люди умирают. Люди сносят дома. Но мебель -красивая, стильная мебель - она остается. Мебель переживет всех и вся.

Хороший способ отгородиться от боли - сосредоточиться на мелочах.

Нужен ли мне большой дом, быстрый автомобиль, тысяча безотказных красоток для секса? Мне действительно всё это нужно? Или меня так натаскали?
Всё это действительно лучше того, что у меня уже есть? Или меня просто так выдрессировали, чтобы мне было мало того, что у меня уже есть, чтобы это меня не устраивало? Может, я просто под властью чар, которые заставляют меня поверить, что человеку всегда всего мало?

Я не знаю, чего я хочу по-настоящему и чего меня заставляют хотеть.
Заставляют обманом.
Я говорю о свободе воли. Есть у нас эта свобода или Бог нам диктует по заданному сценарию всё, что мы делаем, говорим и хотим? Мы свободны в своих решениях или средства массовой информации и устоявшаяся культура контролируют наши желания и действия — начиная буквально с рождения? Я свободен в своих устремлениях или я нахожусь под властью колдовских чар Элен?

— В Древней Греции самые сильные проклятия записывали гвоздями от затонувших кораблей. — Она говорит: — Моряки, погибшие в море… их нельзя было похоронить, как положено. Древние греки знали, что мёртвые, которых не похоронили, как должно, становятся самыми беспокойными и самыми вредными духами с неуёмной страстью к разрушению.

Есть люди, которые все еще верят, что знание - сила.

Эти люди, которые дали нам демократию и архитектуру, говорит Мона, магия — была частью их повседневной жизни. Дельцы и торговцы проклинали друг друга. Сосед насылал проклятие на соседа. Рядом со стадионом, где проходили первые Олимпийские игры, археологи раскопали колодец, полный табличек-проклятий, — атлеты проклинали атлетов.

— Ненавижу людей, которые утверждают, что они видят духов. — Она говорит: — Никаких духов нет. Когда человек умирает, он умирает. После смерти нет никакой жизни. Смерть — это смерть. Люди, которые утверждают, что они видят духов, просто привлекают к себе внимание. Хотят показаться интереснее, чем они есть. Люди, которые верят в реинкарнацию, просто откладывают настоящую жизнь на потом.

Все наши мысли — уже чужие. Потому что сосредоточиться невозможно. Просто сесть и спокойно подумать — не получается. Какой-нибудь шум обязательно просочится. Певцы надпываются. Мертвецы смеются. Актёры рыдают в голос. Все эти эмоции малыми дозами.

– Кем мне по-настоящему хочется стать, так это эмпатом, чтобы лечить людей, просто к ним прикасаясь. – Она читает надпись на этикетке и говорит: – Элен говорит, что мы можем превратить землю в рай.

Секрет в том, чтобы сделаться профессионалом, говорит она. Если делаешь что-то за деньги, вряд ли ты будешь делать то же самое за бесплатно. – Думаешь, проституткам нравится заниматься сексом в нерабочее время? – говорит она. Она говорит: – Почему, ты думаешь, архитекторы и дизайнеры всегда живут в недостроенных или неотделанных домах? Она говорит: – Почему у всех врачей такое поганое здоровье?

А вам известно, что большинство свиней не успевают умереть от потери крови, когда их топят в кипящей воде?

Лучший способ потратить жизнь зря - делать заметки. Лучший способ, как избежать настоящей жизни, - наблюдать со стороны. Присматриваться к деталям. Готовить репортаж. Ни в чем не участвовать. Пусть Большой брат поет и пляшет тебе на забаву. Быть репортером. Наблюдательным очевидцем. Человеком из благодарной аудитории.

Эти музыко-голики. Эти тишино-фобы

На той строне, когда мы умираем, звёзд не бывает.