Сорок лет среди грабителей и убийц

Надо вам сказать, что было у меня обыкновение: возле того места, где преступление совершилось, в народе толкаться да прислушиваться. Иногда пустое слово на след наводит.

В то время в Петербурге еще не было образцового порядка, который заведен теперь, особенно в отношении полицейском. За паспортами следили слабо. Не только отдельные дома, но целые кварталы являлись притонами для всяких бродяг и проходимцев. Поэтому нетрудно представить, какой сложной задачей являлся розыск хотя бы в Петербурге этого Перфильева.

Но случайность случайности рознь. Действительно, нам всегда помогает «случай», но дело в том, что мы сами ищем этот «случай», мы гоняемся за ним и в долгих, неустанных поисках наконец натыкаемся на него.

Что ж, каковы черти, таков и ад!

Шувалов высказал удивление моим способностям, но я в то время и сам был доволен и гордился этим делом, потому что все розыски были сделаны мной только на основании логически построенных соображений.

И что им за дело до суда общественной совести! Эти люди, с головой ушедшие в гениальные планы одурачивания и обирания наивных клиентов, не считаются с законами нравственности, этики, порядочности. Эта новая порода дельцов - та же стая хищных, прожорливых акул. Они пожирают всё, что попадается им навстречу.

И все. Просто и коротко. Пролил человеческую кровь за три рубля пятьдесят копеек.

Сколько по тюрьмам и острогам сидит людей, сделавшихся преступниками случайно, и сколько ходит по улицам на свободе с гордо поднятой головой "честных" людей, честных только потому, что им не представился ни разу случай искушения.

Редко в Петербурге бывают хорошие майские дни, однако они всё-таки бывают, и в такие дни благодушнее обычного настроен даже самый угрюмый петербуржец.

То есть как это - страшно? - приходилось мне отвечать. - Право, не думалось ни о каком страхе. Я просто делал своё дело, вот и всё...