Солнцекорт \ Солнечный корт

Он проснулся от того, что Кевин и Нил ссорились из-за команд и упражнений, и заснул, слушая, как Эбби разглагольствует Эндрю о том, что он употребляет сахар.

Она взяла его за руку, чтобы поцеловать его ладонь, и он увидел, как легко ее пальцы скользнули между его. «Я думаю, мы правильные люди», — сказала она, изучая его. «Это просто… неподходящее время. Если бы ты остался, возможно, всё было бы по-другому, но я знаю, что ты не останешься. Я знаю, что ты не можешь, — поправила она себя.

Улыбка, изогнувшая рот Натаниэля, была медленной, голодной и ненавистной.

Незнакомый голос с акцентом ответил нейтральным: "Да?". "Жан Моро?" спросил Джереми. "Джереми Нокс". Жан тут же бросил трубку.

Не удивительно, что "Лисам" нужен психиатр, - сказал Жан

— «Если ты не хочешь чего-то настолько, чтобы бороться за это, ты не заслуживаешь этого».

— Двадцать девять, — сказал он — Это ты!
Жан приложил пальцы к цифре на лице.
— Можно было бы, по крайней мере, тридцать.
— Нет, — сказал Джереми — Тридцать слишком похоже на три под углом. Это новое начало, верно?

За десять секунд до конца Жан подумал, что, возможно, он извинится перед Натаниэлем за то, что назвал «Лисов» бесполезными мешками для мусора. Через пять секунд Жан подумал, что даже признает, что команда выступила лучше, чем он предполагал. Через две секунды Кевин забил.

– Если ты скажешь ему подчиниться, он подчинится.
– Буквально самый неловкий способ, которым ты мог это сформулировать.