Витражи резных сердец

Она должна встать, но вместо этого лежит щекой в холодной земле и смотрит, как реликт из золота и тьмы танцует с чудовищем тот танец, после которого остается только один партнер. Ей кажется, на это можно смотреть вечно. Как он лишает чудище последней руки. Как рассекает глотку от пасти до брюха, и как вытекает вниз лишенная бликов и теней тьма.

Никогда не запретит любимым рисковать собой и делать что то необдуманное только из-за волнения за их жизнь. Любовь равноценна свободе и доверию.

Она отвечает на его взгляд и хочет его ненавидеть. Вместо этого она ненавидит себя – за всё, в том числе и за то, что не может ненавидеть его.

– Всегда хотела взглянуть прямо на солнца, хотя все говорили, что это было бы больно, – она пожимает плечами. – Раз на нашей земле солнц не видно, сойдёт и тёмная душа чудовища.

Говорят, истинное зло отмечено непревзойденной красотой. И она готова была поверить в то, что он – само зло во плоти.

Один из самых древних и коварных самообманов кроется в мелочах. Кто вообще мог сказать себе "ещё пять минуточек" и действительно не урвать ни мгновением больше?

Многие думают, что если у врага нет оружия, он наполовину побеждён. Что тогда его можно сломать. Но когда ты сломан, проще всего найти острейший свой скол. И этого оружия никто уже не сможет отнять.

Сегодня она не слишком хочет кого-либо видеть, и тем более не хочет видеть сестру. В такие моменты всегда тяжелее всего быть именно с теми, кто тебе больше всего дорог; таким людям нужно объяснять, нужно оправдываться, открывать душу. Это слишком трудно, когда единственное желание – завернуться в кокон из собственных мыслей и превратить его в непробиваемую оболочку.

— Как можно не измениться, полюбив что-то против своей воли?
— Как сильно ты изменишься, если полюбишь новый запах? Вкус? Настроение? Музыку? Я люблю его, Торн, а я все еще могу долго спорить с ним и говорить, что меня не устраивает. У нас не такие отношения, как у ваших правителей. Пойми это и просто позволь себе чувствовать, а не переживать.

— Всегда хотела взглянуть прямо на солнца, хотя все говорили, что это было бы больно, — она пожимает плечами. — Раз на нашей земле солнц не видно, сойдет и темная душа чудовища.