Он рассуждал об ужасах и кошмарах, о гневе и ярости, но говорил с такой теплотой, словно желал напомнить, что это всё часть гармонии и недостаточно любить свет, необходимо полюбить и тьму, чтобы жить в балансе с самим собой и с миром.

Я едва сдержал поток брани в сторону Хела, узнав, что тот приказал разворотить квартиру Кая в Санкт-Данаме. Что он там искал?
Гипноса на диване за просмотром сериалов?
Пророчества сивилл, спрятанные в холодильнике?
Эликсир сраного бессмертия в комоде с нижним бельём?

После каждого происшествия казалось, что я уже не смогу испытать больший страх или тревогу, но затем судьба доказывала обратное.

– Кажется, что в этой квартире мы не занимались сексом только на этом столе, – расслабленно ответила я.

Кай подавился водой и закашлялся. Он торопливо схватил салфетку и прижал её к носу и рту, продолжая откашливаться. Я не ожидала подобной реакции на безобидную шутку и похлопала его по спине. Кай глядел на меня округлившимися глазами, и я не удержалась от смеха.

– У тебя седина в волосах, брат. Я не видел тебя таким с момента рождения Фобетора. Помнишь, как Пасифея сообщила, что его утащили эринии? – хохотнул Морос. – Они забрали его младенцем, потому что чувствовали связь с кошмарами, но Гипнос тогда не знал этого и решил, что они собрались его сожрать. Вот именно такое у него лицо было, когда он прибежал спасать сына, а там керы с эриниями грызутся, как дикие кошки, между собой, чтобы понянчить младенца Фобетора.

– Может, Кассии и удалось скрыть свой гул вместе с внешностью, но за всё это время она не додумалась регулярно менять номер и сам телефон, – бесхитростно поделился он. – Вначале Кассия действительно скрылась, вероятно, даже уехала из Санкт-Данама в другой город, но потом вернулась и не смогла удержаться от посещения Элин у Аякса. Кстати, твой дедушка, Мейв, прекрасно знает, что мы её ищем, но расколоть его мне не удалось.

– Не в мире людей. Возможно, дело в радиоволнах, но здесь они мне не подчиняются, только боятся и пытаются удрать.

– А чужая машина тебе чем не угодила?

– Она шумела.

– С какой стати ты начал носить дробовик?! – воскликнул Морос, не получив от Кая хоть какой-то реакции.

– В последние годы ониры больше обычного лезут в город.

– И?!

– Они быстрые, умеют уворачиваться от пуль. Я устал за ними бегать и одолжил у отца часть арсенала.

– Дом Раздора. Это и твой Дом, Микель, а значит, и твоя символика.

Тот, кто не пожелал воспользоваться вторым шансом, не достоин получать третий. Трать своё время на тех, кто хочет исправиться

– Я более не архонт, – со сдержанной улыбкой напомнила я, не уверенная, притворяется он или память его начала подводить.

– Однажды архонт – всегда архонт.

– Он всегда такой уверенный, готов к любым поворотам событий, что увидеть Кая сбитым с толку сродни определённому наслаждению, – с тихим смешком поделился Иво, но веселье быстро сошло на нет. – Поразительно, насколько он слеп в нынешней ситуации и не понимает, что нравится тебе. Я ещё ни разу не видел, чтобы Кай не мог разглядеть ответа прямо перед собственным носом.

– Ты прав, я проголодался. Пойду посмотрю на закуски, – ледяным тоном ответил он и поднялся с дивана.

– Кассия любит меня точно так же, как и Элиона. Как члена семьи и не более, – заверил Иво Кая в ответ на его гробовое молчание. – Хотя я уже не откажусь взять её в жёны, лишь бы защитить от сброда в зале. Тоже мне светская аристократия, – закатив глаз, пробубнил он. – Думаю, тебе стоит вернуться и послушать, как они обсуждают Кассию между собой. Благо Микель попридержал желание высказаться. Он царь, но лучезарный, а ты можешь сказать им всё, что думаешь.

– Я действительно любила Элиона, – призналась я. – Любила сильнее, чем друга, но не как мужчину. Я собиралась согласиться на помолвку, чтобы защитить Камиллу – их с Вестой маму. Также была готова согласиться, потому что тот, кого я любила, отказался от меня, заверив, что у нас нет шансов.

– Я его не оскорблял. Просто сказал правду. Иво и Аника амбициозны и хорошо образованны, но они скорее исключение в Доме Соблазна. Не всем из того Дома интересно высшее образование, потому что они несказанно красивы и умелые любовники, которые и так прекрасно находят место в жизни, – знакомым ровным тоном пояснил Кай, но я всё равно повернулась к Весте, ожидая её аргументов за или против.

– Ты посоветовал ему побольше читать, «чтобы развить куриные мозги»! – резко напомнила Веста весьма важную деталь.

– Зато он был обворожительным и скрашивал мои дни, – возмутилась она.

– Ночи, – сухо поправил Кай. – И красота – это всё, что у него было, ну ещё, возможно, какие-то навыки, раз ты встречалась с ним целых полгода.