Уэльбек М. Элементарные частицы: Роман / Пер. с фр. И. Васюченко, Г. Зингера. – СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2013. – 384 с. – (Азбука-классика).
Читая прозу Ф. Кафки: «До него вдруг дошло, что этот замедленный, клейменный стыдом мир, где живые существа блуждают, сталкиваясь в космической пустоте, но никакая близость между ними во веки веков невозможна, в точности отражает мир его сознания» (С.72). «По мере того как его эрекция становилась все труднее и быстротечнее, Брюно впадал в безвольную, печальную расслабленность. Секс являлся главным смыслом его существования, теперь он понял, что изменить что-либо уже невозможно. В этом отношении Брюно был типичным представителем своей эпохи» (С.75). «В другие эпохи основой внутреннего шума было ожидание Царствия Небесного; ныне это ожидание конца» (С.97). О легализации противозачаточных средств в 1967 году во Франции: «Это и был тот самый момент, начиная с которого широким слоям населения открылся доступ к «сексуальной свободе», доселе приберегаемой для себя привилегированными кругами, представителями свободных профессий и богемой, равно как и руководителями мелких и средних предприятий» (Сексуальная свобода привела к ступени исторического возвышения индивидуализма, так как произошло разрушение семьи как последнего островка первобытного коммунизма «общественного хозяйства», следовательно разрушилось последнее препятствие между индивидом и рынком) (С.138). (О квантовой теории) «[…] две частицы способны оказывать взаимное влияние на сколь угодном удалении друг от друга» (С.149). «[…] никакого сексуального коммунизма никогда не было, была просто расширенная система соблазна» (С.165). «Физическое насилие, самое крайнее проявление индивидуальности, должно было вновь объявиться на Западе вслед за вожделением» (С.185). «[…] секс, будучи отделен от функции размножения, существует не столько как источник удовольствия, сколько как принцип самоутверждения: это тоже самое, что страсть к обогащению» (С.192). «В противоположность наслаждению желание по своей сути есть источник страдания, злобы и беды» (С.193). «[…] мы без конца колеблемся между верой в случайность и очевидностью того факта, что все предопределено» (С.217).