К жизни меня вернул Моэм. Так долго не писалось и не хотелось, что я было уже решила, что всё, прошла моя тяга к книгам или сильно истощилась, но купив при первой возможности то, что ещё не читала, я увлеклась новым повествованием. Вообще-то были куплены две книги Моэма, но оставив «Лизу из Ламберта» на потом, я без колебаний начала с «Героя».
Повесть совершенно изумительная и, как многое из того, что вышло из под пера английского классика, нашла своё место где-то в подкорке моей черепушки и сидит там, отдыхает, приводя в порядок дыхание как марафонец, пробежавший весь путь быстрей всех.
Молодой капитан Джеймс Парсонс после тяжелого ранения, полученого на войне в Южной Африке, после долгого пятилетнего отсутствия, приезжает, наконец, в родительский дом. Надо ли говорить, что родители, всё в доме, только и подчинено его возвращению, столь же давно ожидаемому, сколь и приятно неожиданному.
Литл-Примнтон городок (или местечко) маленькое, с тем присущим всем подобным местам неизменным укладом жизни, в котором церковь и добродетель её прихожан являются краеугольным камнем и неугасаемым маяком в жизни отдельного индивида и общества в целом, «сливки» которого составляют отставные военные в количестве двух-трёх семейств, да несколько почтенных, и по своим меркам зажиточных сквайеров. Городок живёт так как положено, делает то, что положено и думает так, как положено. Положено для всех, но не для Джеймса.
Нет, он не устраивает бунт, не зовёт на баррикады, не ломает устои — он вообще никакой внешней сумятицы не вносит и не устраивает. Её устраивает в его жизни (и душе) жители Литл-Примтона, добродетельные селяне, неизменно пекущиеся о благе ближнего, твёрдо верЯщие (и верУющие) и знающие, ЧТО есть благо, и в чём оно заключается. На этом фоне разыгрывается личная драма Джеймса и Мэри с которой он был обручен ещё до войны.
Собственно, именно этим и удивила меня эта книга, потому что исходя из названия, легко можно было предположить, что она, так или иаче, будет связана либо с переживаниями и действиями главного героя на войне, либо будет о чём-то в духе Ремарка: о багаже знаний, полученых на войне, которые совершенно не подходят, не встраиваются, не вписываются в жизнь мирную.Оказалось, что всё о другом, хотя в самом начале есть момент, который, как мне кажется, актуальным будет во все времена, а именно дилемма морального выбора в своответствии с нашими взглядами.
Этот отрывок можно было бы пересказать своими словами, но мне кажется, что никто лучше автора это сделать не сможет, а потому ему слово:
«Долгое время полковник Парсонс уверенно продвигался по службе. Он всегда ставил Бога выше военного ведомства, но результат получался вполне пристойный. Своих подчиненных он окружал отеческой заботой, и любое подразделение, которым командовал, тянуло на образцовое как по выучке, так и по внешнему виду. Все офицеры находили в нем верного друга, редко кто из командиров пользовался такой любовью.
Сдержанный, с ровным характером, он ни при каких обстоятельствах не забывал любить ближнего, как самого себя, всегда помнил, что и у туземца самой низшей касты есть бессмертная душа, а перед Богом они равны. Полковник Парсонс относился к людям с такой мирной, добродушной и естественной набожностью, что устоять перед ней не мог никто. О сквернословии и богохульстве в его присутствии даже не помышляли, и самые закоренелые негодяи смягчались при общении с ним.
Но за пару лет до его выхода в отставку по возрасту проводилась небольшая операция против каких-то горных племен, и возглавил ее Парсонс. Он захватил врага врасплох, обнаружил в предгорьях, отрезал, выставив заслоны на двух возможных путях отхода. Расположив орудия на холмах справа, Парсонс мог сделать с горцами что хотел. Мог вырезать до последнего, но у него такой мысли и не возникло. Он предложил им сдаться, и вечером вожди пришли к нему и пообещали сдать оружие следующим днем: ночь выдалась холодной, темной, дождливой. Полковник радовался и своей стратегии, и своему гуманизму. Он не пролил ни единой капли крови.
- Относись к ним хорошо, – изрек он, – и они отнесутся к тебе еще лучше.
Он повел себя как джентльмен и христианин, но враг не был ни тем, ни другим. Полковнику и в голову не пришло, что горцы переиграли его, использовав предоставленную им отсрочку, чтобы послать гонцов с настоятельной просьбой о помощи. И всю ночь со всех сторон к позициям англичан стекались вооруженные люди, и ранним утром, еще до рассвета, заслоны подверглись атаке.
Полковник Парсонс, изумленный донельзя, отправил им подмогу и, думая, что его отряд численно превосходит мятежников, ударил по их главным силам. Горцы только этого и ждали. Медленно отступая, они заманили его в ущелья, где он обнаружил, что попал в ловушку. Отряд Парсонса окружили. Пять часов прошли как в кошмаре. Людей полковника убивали враги, сами оставаясь невидимыми. В конце концов, после отчаянной схватки, остаткам отряда удалось вырваться, потеряв пятьдесят человек убитыми и более сотни ранеными.
Полковник Парсонс ушел с оставшимися людьми, но воевать дальше эти охваченные паникой солдаты уже не могли. Он был вынужден отступить. Личным мужеством полковник удержал солдат от беспорядочного бегства. Он собрал их вместе, подбадривал, не раз и не два рискуя жизнью. Но факт оставался фактом – Парсонс потерпел жестокое поражение.
Провал операции, в силу ее незначительности, удалось замять, но последствия дали о себе знать. Горные племена, вдохновленные успехом, повели себя более решительно и дерзко. Мятеж, который могли подавить без проблем, теперь потребовал привлечения весьма значительных сил, и потери возросли десятикратно.Полковнику Парсонсу предложили подать заявление об отставке, и он покинул Индию сломленным человеком...»
В повести есть и другие, не менее сильные по своему эмоциональному описанию моменты — в этом её притягательость. В том, что вроде бы ждёшь одного, а она предлагает тебе нечто совершенно иное! - но этот был самый первый из мощных, который лишний раз доказал одну простую и непреложную истину, которая заключается в том, что мы никогда не будем правы в глазах многих. Наши собственые представления о чести, морали, добре и зле, «правильно и неправильно» всегда будут расходится с представлениями других людей на эту тему.
В этом споре мы сломаем ещё тысячу копий, создадим себе новых врагов и приобретём единомышленников, посеем вражду, сожжём все мосты и отплатим той де монетой. Мы сломаем, унизим, восхитимся, одобрим, поднимем на пьедестал и тут же с него свергнем. Объедиимся по интересам, и так же по ним размежеваемся. Мы будем делать ещё кучу ужасных вещей, оставаясь при этом, по сути, людьми хорошими, добросердечными, а самое главое - людьми с твёрдыми и непоколебимыми представлениями. Одним словом, добрыми христианами как жители Литл-Примнтона....
9 понравилось
