Sweet prison

— Захара Веронезе, ты воздух, которым я дышу, и свет, который позволяет мне видеть. Я люблю тебя больше всего на свете, и мне нужно, чтобы весь мир об этом узнал. Ты мой друг. Мой спаситель. Любовь всей моей жизни. Но теперь, пожалуйста, стань моей женой?

— Ты уже спрашивал меня, глупый. — Я фыркнула. — И я сказала да.

Знаешь, люди склонны игнорировать мелкие повседневные вещи, не осознавая их ценности, пока их не отнимут. И я имею в виду не только материальные вещи. Что-то такое простое, как возможность спать, не слыша, как кто-то рядом с тобой писает, например.

Моя грудь сжимается от эмоций, когда он кладет мне на ладонь очищенные вкусняшки. Когда я поднимаю глаза, я вижу, что он смотрит на меня с довольной ухмылкой на лице. Ему не нужно ничего говорить, чтобы я поняла, о чем он думает в этот момент. Много лет назад я упомянула в одном из своих писем, что фисташки — моя любимая закуска, и целый абзац проболтала о том, как я ненавижу чистить их от скорлупы, но отказываюсь покупать уже очищенные. Он ответил мне: мы все немного чокнутые.

Она — недостающая часть моей души. Мое спасение.