Цитаты из книги Der rote Engel

С ума сойти, как рушится жизнь, стоит только в неудачное время оказаться в неподходящем месте.

Горечь переполняла меня. Притаившийся в темноте демон, свирепый зверь, жаждущий жестокости, в непроницаемых пеленаз ночи вершил свой страшный ретуал, оставляя за собой только скорбную землю, разореннцю и спаленную его яркостью.

- Конечно, могла быть и так, но... - Я обвел руками пространство.- Оглянись вокруг. Церковь образует монолит, и предназначение у нее одно: молитва, самопожертвование, вера.

- Ага, должен! При условии, что мои анофелесы не окажутся резтстентыми и что я сам не попаду в процент неизлечимых! Так ведь? - Так, если вы не предпочитаете видеть все в черном цвете.

– Какая дилемма, а? С одной стороны, верить в Бога, с другой – убивать людей. Рай или ад?

Ему мало было убивать. Он добивался совершенства, он прорабатывал свои преступления до мельчайших деталей, отделывал их, шлифовал, как настоящие произведения искусства. И, убивая, создавал шедевр...

— У меня рак легких, черт бы его побрал! — И вы еще курите? — Надо же бороться с болезнью!

Мой папаша говаривал, что с хорошей бутылкой лучше, чем с бабой. Потому что бутылка никогда не ноет, не то что эти толстухи…

(с) Шарко

– <...> Человек… нуждается в теневых зонах… для… проявления своей внутренней жизни. Так он устроен… Все общества во все времена создавали внутри себя братства, ордены, ассоциации… Мы… – он задохнулся, – мы все ищем дьявола… мы все… испытываем притягательность тайны, сверхъестественного, всего выходящего за пределы нашего понимания… или материи…

Бедняга разразилась слезами, срывая голос в воплях, напоминающих горестное пение китов. Ее глаза метались по комнате в поисках, за что бы уцепиться. И она все выла, выла и выла…

Пуля задела дельтовидную мышцу и прочертила небольшую кровянистую борозду по плечу. В конечном счете я отделался пятью швами и стягивающей повязкой. Моя фараонская шкура видала и похуже.

Попадая в прозекторскую, я всякий раз ощущал, как распадается мое естество, словно невидимая волна бьется во мне, отделяя человека от полицейского, верующего от ученого.

Только утрата заставляет все пересмотреть, осознать, как много люди значили в твоей жизни.

Счастье должно быть исключением, испытание - правилом.

Природа ежедневно учит нас без боли расставаться с тем,что произошло,ведь то,что брезжит впереди,сияет постоянно обновляющейся красотой.
Проститься навеки,сохранив на губах вкус того,что было. Медовый траур...
Я никогда вас не забуду.

Переступая порог уголовки, перестаешь быть человеком, становишься Живым Трупом, рабом, обреченным сражаться с бессмертным или возрождающимся из пепла злом. Ты блуждаешь между двумя мирами: обычным и нереальным; между теплом улыбки и самой страшной чернухой, затаившейся в уголке разума каждого существа, населяющего землю...

Ночное погружение — это погружение в глубины­ са­мого себя, в опасный мир, населенный демонами и чудовищами.

Красноватые­ брызги, словно созданные творческим порывом, до самого потолка веером разлетелись по западной стене, как будто кровь пыталась спастись бегством из наводящего ужас собственного тела.

С ума сойти, как рушится жизнь, стоит только в неудачное время оказаться а неподходящем месте.