Цитаты из книги Der rote Engel

Неудача, снова и снова неудачи. Убийца обращался к нам, а мы отказывались его выслушать.

"В моем сознании возникали странные формы, загадочные, демонические тени сворачивались клубком в уголке моего мозга. Я пытался думать о прекрасном, но у меня не получалось. Красота словно надела на себя личину смерти"

«Вся материя, вся информация состоит из нулей и единиц. Кузов автомобиля сделан из нулей и единиц, этот нож сделан из нулей и единиц, и даже коровий зад сделан из нулей и единиц. Зачастую, чтобы перейти от проблемы к ее решению, достаточно поменять местами несколько нулей и единиц…»

- Любопытство - это яд, так же как стремление к плотским наслаждениям.

День вот-вот угаснет, но на смену угасшему свету придет другой, ещё ярче. Природа ежедневно учит нас без боли расставаться с тем, что прошло, ведь то, что брезжит впереди, сияет постоянно обновляющей красотой.

– Ничего нельзя забыть. Сколько ни старайся, все останется погребенным здесь, внутри…

-Те, кого я любил больше всех на свете, погибли у меня на глазах. Во что я теперь ещё мог бы верить?

В один прекрасный день снова начинаешь жить. А назавтра все рушится.

Отцовство не забывается, разлука его только укрепляет. 

Открытое сердце, взрезанный мочевой пузырь, распиленный череп, искромсан мозг… Отличная работа, вот только Смерть больше ничего не сообщила. 

Боль и наслаждение , словно два тела с одной головой: они отталкивают друг друга, но не могут обойтись одно без другого

Мой мобильник обладал невероятной способностью издавать своё пронзительное позвякивание в самый неподходящий момент.

А я, со свойственной сверженным королям гордостью, все же удержался от слез.

Я хочу встретиться с ним в полном неведении, хочу увидеть его таким, каким представлял. Подлинным. Прекрасным и жестоким. Простым и мерзким. Существом за гранью добра и зла

Лихорадка будет уходить и возвращаться, будет сотрясать их, заключенных в темницах тел, где бы они ни были, до конца жизни. Бомба, заложенная в их потроха. Это хуже казни. И всякий раз, при каждом приступе они будут вспоминать...

Один, словно выживший после кораблекрушения в открытом океане. Обречённый на самое горькое одиночество, на жизнь между пустотой и забвением.

Фауна тьмы, эти безымянные рабочие отчаяния рьяно трудились во мраке и отчужденности

Здесь в масках, очках и перчатках передвигались протравленные дезинфицирующим средством наиболее редкие и всеведущие особи homo sapiens