Цитаты из книги Ноттингем

— «Либретта коснулась губами плоти Вео, и демон зашипел. Холодный, словно сделанный из мрамора, сильный член»... — Сойер поднимает голову. - Сильный. Видимо, член Вео ходит в спортзал тягать штанги.

— Знаешь, ты как те мерзкие типы с «Гудридс», которые думают, что их замечания остроумные.

— «Вео намотал волосы Либретты на кулак и надавил на затылок, направляя. Блаженство. Ей нравилось чувствовать во рту арктический холод и природную силу демона». Вау. Арктический холод. Это минет или реклама «Ментос»? Она в шаге от того, чтобы порвать себе глотку ледяным членом и заработать ангину. Да, настоящее блаженство. На семь восклицательных знаков из семи.

— Минет демону. И ладно, если бы это было просто описание минета, но тут целое представление и даже немного философии.

— Замолчи и отдай книгу, это уже личное.

— Только послушай: «Увидев длинный широкий член Вео, Либретта пришла в восторженный ужас. Какой огромный! Поистине необъятный. Он ни за что во мне не поместится! - с волнением пронеслось в ее голове. Она покорно опустилась на колени и с благоговейным трепетом обхватила ладонями пульсирующий величественный член».

Сойер переворачивает страницу.

— Да, в вагине не поместится, поэтому она решила засунуть его в рот. И ты слышала? Величественный. Черт возьми, самое подходящее прилагательное для члена.

– И на нашей с тобой стоит пометка «дружить и быть рядом до три тысячи двадцать первого». У нас в запасе ещё целая тысяча лет.

- В какой момент ты решил, что пора рискнуть и рассказать мне?

- Прозвучит странно, но когда мы лежали тут и ты рассказывала про сюжет той книги, где у всех члены разных температур, а я подумал, что могу пролежать так с тобой, слушая эту чушь хоть целую вечность. Дело не в том, что я чувствую без тебя или рядом с тобой. Дело в том, как я себя чувствую, когда ты смеешься или плачешь, Райли. К слову, в обоих случаях я хочу поцеловать тебя. Если ты улыбаешься, то я тоже, если плачешь, то я хочу испепелить того, кто тебя обидел. Дело просто в тебе. В твоем упрямстве и чувстве юмора. В твоем смехе, веснушках, любви к ужасным книгам и уродливому цвету.

Я смотрю на лаймовую резинку на его запястье и вспоминаю, как Сойер забрал ее у меня перед самым отъездом на озеро Тахо. Он носит ее с тех самых пор, как осознал свои чувства ко мне. И эти чувства были у меня на виду все это время.